Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Испугает ли безумного Гасана ас-Саббаха публичная казнь кого-то из
его сторонников - или нет?
Кто знает...
Эмир бесцельно кружил по залу, как загнанный зверь, пытаясь
представить себе лицо никогда не виданного им пророка Гасана. Это ему не
удалось, но зато Дауд вспомнил, что сегодня в полдень в загородный дом
должны тайно доставить местного оружейника Мансайю Одноглазого и
знаменитого хинского алхимика Саафа бен-Саафа, прибывшего в Кабир около
месяца назад.
Оба они - и алхимик, и оружейник - утверждали, что у них есть
средство, способное выкурить проклятого Гасана из его Орлиного гнезда, и
что средство это в состоянии остановить любого внешнего врага.
Эмир не верил в сказки.
И боялся признаться самому себе, что сейчас готов поверить во что
угодно.
Потому что три недели назад гонец доложил Дауду Абу-Салиму о людях,
явившихся со стороны северных, считавшихся непроходимыми, отрогов
Сафед-Кух, и люди эти называли себя посольством Великой Шулмы.
Им дали проводников, охрану на случай встречи с разбойниками
(проклятье, еще не так давно никакой охраны не понадобилось бы!) и
отправили в столицу.
Еще через неделю измученный гонец, загнавший нескольких лошадей,
сообщил эмиру, что посольство пропало. Проснувшиеся одним не слишком
прекрасным утром охранники и проводники обнаружили ничем не объяснимое
отсутствие послов, их лошадей и имущества.
Поиски ничего не дали.
О Творец, Творец... за что ты проклял Кабир?!
...Дверь распахнулась - очевидно, ее бесцеремонно пнули снаружи - и в
зал Посвящения шумно ворвался шут Друдл, на шее которого восседал сияющий
мальчишка - Абу-т-Тайиб Абу-Салим, сын Абд-аль-Аттахии, Пыльного Плаща.
- Иго-го-го! - заливисто ржал шут, и маленький Абу-т-Тайиб
восторженно вторил ему. - А вот и мы, великий эмир, вот и мы, великие
послы Великой Шулмы! Вот и мы, послы Шулмы, где степь, шулмусы да холмы...
иго-го-го!..
Эмир Дауд хотел оборвать это безобразие, но не смог - он любил обоих,
и шута, и мальчишку - и те знали это, нередко пользуясь правами, что
давала им любовь сурового эмира.
Мальчишка соскочил с Друдла и кинулся к помосту, где на подставке
лежал ятаган его отца.
- Здравствуй, Фархадик! - кричал он, как могут кричать и вести себя
только дети. - Скучал без меня? Не скучай - я быстро расту! Я скоро
вырасту большой-пребольшой - и буду размахивать тобой, как перышком!
Честное слово! Ты только немножко подожди!..
- Погоди, могучий воин! - остановил его Друдл, смешно морща лицо. -
Мы ведь забыли сказать светлейшему эмиру, что пришли сюда не одни... Как
ты считаешь, герой, надо сказать об этом светлейшему эмиру?
Удивленный Дауд перевел взгляд с ребенка на Друдла, потом - на
дверной проем...
Стоявшего там беловолосого гиганта эмир узнал мгновенно, несмотря на
годы и заботы, отягощавшие память Дауда Абу-Салима.
- Здравствуй, Фальгрим! - прошептал эмир. - Ты пришел из прошлого,
лоулезец? Из того прошлого, когда день был ясен, а из никому не ведомой
Шулмы не приходили в Кабир странные послы и дурные вести? Ты из прошлого,
Фальгрим?
Фальгрим с поклоном шагнул в зал и остановился, уперев свой двуручный
эспадон в плиты пола и сложив руки на его рукояти.
- Нет, о солнцеподобный эмир, я не из прошлого! Я из будущего! Когда
из Шулмы уже не приходят дурные вести, зато ездят послы! И одного из них
великий эмир видит перед собой!
- Ну вот, а что я говорил?! - заявил Друдл, глядя на побледневшего
эмира Дауда. - Кричу: это мы, послы Шулмы - а никто не верит! Даже
светлейшие умы...

Человек, занимающий должность управляющего хозяйством загородного
дома семьи Абу-Салим, согласно старой традиции, назывался - векиль.
Человека же, долго топтавшегося у двери зала Посвящения и не
решавшегося ни постучать, ни войти - этого человека мама звала Ниязиком,
соседи - уважаемым Ниязом ибн-Джалалом, слуги - досточтимым векилем
Ниязом, а в списках городского кади он значился, как Нияз ибн-Джалал
ан-Кабири.
Человек, которого звали по-разному, приподнял чалму, вытер ладонью
вспотевшую бритую макушку, опустил чалму на место, зачем-то тронул рукоять
короткого прямого кинжала за поясом - и с тоской посмотрел на закрытую
дверь, откуда доносился веселый шум и взрывы хохота.


"Полагаю, что в Восьмом аду Хракуташа для векилей отведено особое, не
слишком жаркое местечко!" - подумал досточтимый векиль Нияз.
Все сегодняшние неприятности начались с появления у ворот имения
добрых двух десятков незнакомцев, настаивающих на аудиенции великого эмира
- как раз в тот момент, когда великий эмир уединился в зале Посвящения,
что предупреждало всякого: "Не тронь рассерженного льва!"
Сам векиль Нияз в препирательствах не участвовал, опоясавшись поясом
мудрости и собравшись послать за эмирскими гулямами в случае безобразий -
поскольку часть гостей была весьма разбойного вида - но, обернувшись,
векиль Нияз сперва увидел, как трое привратников ткнулись носами в
решетку, зачем-то уставившись на двоих гостей в странных халатах со
множеством побрякушек (один из этой парочки был безоружен, а второй держал
в руках копье-чыду явно хакасской работы), а потом...
А потом привратники, двигаясь неестественно медленно, открыли ворота
- и толпа пришельцев хлынула в имение.
Векиль Нияз вспомнил всю многочисленную родню Ушастого Демона У, а
дойдя до двоюродного дедушки - узнал ехавшего впереди великана с огромным
эспадоном на плече; узнал, хотя видел его в последний раз не то пять, не
то шесть лет тому назад.
- Высший Фальгрим! - истошно завопил несчастный векиль Нияз. - Вы ли
это?! Что ж вы сразу-то не объявили - кто мол, да что...
- Не бойся, еще объявим! - вынырнул из-за Фальгрима смуглый весельчак
с кривым мечом-махайрой на боку; и когда лошадь смуглого оскалила зубы в
подозрительной усмешке, векиль вздохнул с некоторым облегчением: на
скалящейся лошади восседал не кто иной, как Диомед Кименец, уехавший из
Кабира примерно в то же время, что и Фальгрим Беловолосый, лорд
Лоулезский.
- Иго-го-го! - заржал кто-то прямо в ухо векилю Ниязу, и в
пострадавшем ухе невидимые кузнецы ударили молотами по невидимым
наковальням. - Ах, какие господа к нам заехали сюда! Как у Друдла-дурака
стала мокрая щека - слезы катятся, как будто в глаз насыпали песка!..
- Друдл! - раненым буйволом взревел Беловолосый, и невидимые кузнецы
перебрались из одного уха векиля Нияза в другое. - Старый мерзавец!
Живой!.. Клянусь замками Лоула - живой!..
Вихрем слетев с коня, Фальгрим сунул свой эспадон Кименцу, облапил
ухмыляющегося шута и, как ребенка, подбросил Друдла в воздух, даже не
заметив, что у шута на плечах сидит пятилетний мальчишка, донельзя
осчастливленный таким поворотом дел.
Фальгрим орал, Друдл смеялся, мальчишка визжал, Диомед старался их
всех перекричать, остальные гости переговаривались между собой, слуги и
привратники не отставали - и шум поднялся совершенно невообразимый.
Молчал один векиль Нияз.
Он молчал даже тогда, когда высвободившийся Друдл ухватил Фальгрима
за руку и потащил в дом.
Он молчал потом, ожидая неизвестно чего.
Он молчал и тогда, когда из дома выскочил растрепанный Дауд
Абу-Салим, эмир Кабирский, помолодевший лет на двадцать, и приказал
немедленно впустить всех (к счастью, наиболее разбойные личности отъехали
в сторону, и один из них тихо попросил накормить их в павильоне для слуг)
и накрывать праздничный дастархан, да не где-нибудь, а прямо в зале
Посвящения, и на полу, как пировали предки, и вина побольше, озера вина,
реки вина, моря и океаны вина!..
Вообще с того дня досточтимый векиль Нияз стал очень молчаливым
человеком, каким и прожил до девяноста трех лет, после чего молча умер в
окружении рыдающих родственников...
Но это случится нескоро - а сейчас векиль Нияз стоит у двери зала
Посвящения и не может решиться.
Нет, кажется, уже решился...
Векиль чуть-чуть приоткрыл дверь (хвала Творцу, не заскрипела!) и
приложил к образовавшейся щели ухо.
Было слышно, но не видно.
Тогда векиль убрал ухо и приложил глаз.
Стало видно, но почти не слышно.
Тогда векиль Нияз стал делать это поочередно - и это привело
досточтимого Нияза к желаемому результату.
- ...Жив он, - бурно рассказывал Фальгрим, - жив-здоров, что ему
сделается! Асмохат-та у нас молодцом! За пять лет - шесть детей от двух
жен!.. Вот я ж и говорю - молодцом! Правда, иногда говорит мне: "Ты
знаешь, Фальгрим, лучше б я ее тогда убил!" Как это - кого? Жену свою
вторую... Восьмирукую. Мы еще волновались, как сейчас помню - воплощение
Мо свою же внучку за себя берет! Ужас! Кровосмешение! Дети-то какие
пойдут?! Чин нас успокоила - и как в священный водоем глядела... Хорошие
дети! Отличные дети! Среднего Фальгримом назвали...
- А старшего? - поинтересовался эмир Дауд.
- Старшего - Друдлом! Я Чэна пугал - дескать, наследник шутом


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 [ 113 ] 114 115
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Березин Федор - Встречный катаклизм
Березин Федор
Встречный катаклизм


Круз Андрей - Исход
Круз Андрей
Исход


Шилова Юлия - Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное
Шилова Юлия
Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека