Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

Он прополз, от слабости не решаясь встать на ноги. От ложа к окошку на крышу двигался, не отрывая лицо от пола, человек в черном плаще с капюшоном. За ним тянулась темная блестящая дорожка. Олег кое-как настиг его, из открытого окна навстречу дул холодный ветер, в черном небе уже блестели равнодушные звезды. Он свалился рядом, сцепив пальцы на шее ночного гостя.
Под пальцами похрустывало, словно тонкие камешки задевали друг друга острыми краями. Он понял, что разбил пяткой тоненькую косточку за ухом. Тот оглох на правое ухо, теряет сознание от боли, а из перебитой вены кровь щедро орошает пол.
- Кто ты? - прохрипел Олег.
Человек со стоном пытался оторвать голову от пола. У него было темное лицо, до бровей заросшее кудрявой черной бородой. Олег нашел при нем острый нож, увесистый кошель с золотыми монетами. Тело убийцы было твердое, мускулистое, без жира. В этом бесформенном черном плаще он оставался незамеченным среди качающихся деревьев, умело сходил за пятно тени, ловко пробрался наверх по стене, двигаясь вместе с качающимися в ночи ветками...
Олег кое-как оделся, медленно пришел в себя. В горле саднило, он сглотнул слюну, его перекривило от боли. Человек на полу дышал сипло, с хрипами.
- Я не виноват, - прохрипел он. - Ошибся... Я хотел в другой комнате...
Олег разминал вздувшийся рубец на горле. Человек со стоном подтянулся на руках, попытался выдвинуть голову за порог, Олег наступил сапогом на шею:
- Кто тебя послал?
Внизу пьяные крики постепенно затихали, в ночной тиши очень ясно был слышен шум от передвигаемых столов и лавок - семейство узкоглазого хозяина выметало объедки, сор, готовясь завтра принимать новых гостей, гнало прочь бродячих псов. Гуляки с соседних улиц и гости-купцы разошлись, слышно, как стучат засовы, обитатели постоялого двора ложатся.
Возможно, легли уже все. Но, возможно, кто-то ждет в своей комнате или даже внизу во дворе. Вскоре поднимется осторожно по лестнице, на цыпочках подойдет к его постели, ожидая увидеть синее от удушья лицо и вывалившийся почерневший язык.
Человек хрипел, скреб ногтями пол, но настороженное ухо Олега внезапно уловило далекие шаги. Тихо-тихо заскрипела лестница, если бы не вслушивался - вряд ли бы услышал ритмичное похрустывание рассохшихся дощечек. По дереву заскреблось, ляда начала подниматься. Олег поднял руку со швыряльным ножом.
Человек держал лицо в тени, и Олег не двигался, давая незнакомцу возможность вылезти и закрыть крышку. Иначе с грохотом повалится вниз с ножом в горле - кому нужен крик и шум? Человек медленно вылез, стараясь не шуметь, движения были бесшумными. Лунный свет наконец осветил лицо Гульчи.
Вдруг она резко повернулась, каким-то образом заметив неподвижного Олега. Лицо ее дрогнуло, Олег быстро придвинулся к ней, всматриваясь в глаза. Она резко дернула головой, отодвинулась в тень:
- Олег... Ты... Что-то случилось?
- Почему так думаешь? - спросил он быстро.
- Ну, - проговорила она медленно, однако голос ее дрогнул, - ты... не спишь. Даже не в постели... О, великий боже!.. Что это?
Олег отвел глаза, досадуя, что при скудном свете не может видеть ее лицо чисто и ясно.
- Стараюсь понять... Он душил меня.
Гульча опасливо коснулась его груди кончиками пальцев, они мелко дрожали, сказала торопливо:
- Да-да, твой голос хрипит... Кто он? Ты уже знаешь, кто его послал?
Она застыла, лицо ее было бледным, глаза - темные провалы. Олег ответил медленно, следя за ее лицом:
- Я узнаю. Будь уверена.
Пинком он перевернул врага лицом вверх. Голова болталась из стороны в сторону, в прищуренных глазах был страх.
Олег приставил нож к горлу убийцы, чуть нажал. Лезвие пропороло кожу, потекла тонкая струйка крови. Гульча побледнела сильнее - видно было даже при лунном свете. Олег сидел на корточках, следил за ней краем глаза. Человек прошептал:
- Я ничего не знаю...
- Как тебя кличут?
- Шулика...
- Из южных, - определил Олег. - Значит, коршун. Кто послал?
- Мне вырежут язык, если скажу...
Олег окровавленным ножом разомкнул зубы пленника, опустил острие ножа на язык, сказал негромко:
- Они далеко, а я здесь. Понятно?
- Я не видел их, - прошептал человек. - Я не знаю...
Олег внезапно ударил рукоятью ножа. Кровь брызнула из разбитых губ, сухо хрустнули передние зубы. Пленник закашлялся, обломки зубов посыпались в горло. Гульча сделала шаг вперед, руки были прижаты к груди, она не сводила глаз с пленника.
- Олег, - проговорила она потрясенным голосом, ее лицо оставалось в тени, - ты же человек...
- Пока только местами, - ответил Олег.
Он снова ударил. Хрустнули тонкие кости носа, кровь брызнула из ноздрей, разлилась двумя широкими ручьями, попала в рот. Пленник закашлялся, захлебываясь, пытался вывернуться из-под тяжелой руки пещерника.
- Ну?
- Я скажу... - пробулькал человек. - Скажу...
Гульча сделала крохотный шажок к ним, ее ладони медленно опускались к поясу, где висел кинжал.
Олег напрягся, держа ее в поле зрения. Пленник пробулькал:
- Меня послал варяг Говард... У него большой торговый дом на Горе... Вчера пришли три больших корабля, навезли товаров... С ним двое, одетые смердами, но один распоряжается... даже хозяину давал приказы...
Гульча остановилась, пристально глядя на человека с залитым кровью лицом. Потом вернулась к ложу, села, закрыв лицо ладонями. Олег вытер нож о бороду человека, бросил в ножны.
- Гульча, придется отлучиться.
Она подняла бледное лицо, в блестящих глазах отражались лунные блики.
- Куда?
- Эй, поднимайся. Прогуляемся к твоему хозяину.
Человек с огромным трудом поднялся, цепляясь за стену. Лицо было залито кровью, он зажимал раны ладонями. В глазах девушки был ужас. Олег повернулся к Гульче:
- Ты пойдешь со мной.
Голос был жестким, повелевающим. Она послушно поднялась, тихо спросила:
- А я... зачем?
- Так надо.
Ее глаза расширились в непонимании, но вышла послушно, первой. Олег вывел пленника, поглубже нахлобучив тому капюшон на голову. Его шатало. Олег придерживал за плечи, напустил на себя угрожающе-пьяный вид - готовность вступить в драку с каждым встречным, кто не так посмотрит или слово поперек скажет.
Они опустились на первый поверх, незамеченными прошли через пустую корчму. Столы и лавки были сдвинуты к стене, две девки ползали по мокрому полу, собирая тряпками грязную воду. На троицу внимания не обратили: мало ли выпроваживают пьяных гостей, лишь бы их самих не трогали. Гульча первой шагнула за порог и растворилась в темноте. Олег поспешно вытащил пленника следом, выставив его перед собой, как щит, увидел Гульчу рядом с крыльцом, с облегчением перевел дух.
Ночной воздух был после дождя чистым, серп луны блестел, как отточенное лезвие. За углом протопал ночной дозор, порывом ветерка донесло запах браги и пота, где-то близко звякали шпоры. С башен и стен Города - от Подола и Перевесища - плыли тягучие звуки бил. Уныло ревел скот, пригнанный на бойню.
Олег тащил пленника, держа, как в кузнечных клещах. На улицах пусто, но в далеком князьем тереме, а также в домах тиунов, русичей, тысяцких еще горят желтые огоньки: лучшие люди Киева ложатся поздно. Желто-красные огоньки лучин уже загорались в землянках и хижинах смердов, наемных работников - эти, напротив, встают рано: кто рано встает, тому бог дает.
Они прошли по главной улице, свернули, снова свернули. Олег обливался потом, нужно было следить за улицей, за темными тенями и за Гульчей, которая с подозрительным постоянством всякий раз исчезала перед каждым покушением на него. Они миновали кузницу, за ветхой стеной бухали молоты, через дырявую крышу поднимались отдельные струйки сизого дыма. Из другого дома пахло свежим хлебом, в окнах суматошно мелькали быстрые тени. На дальнем холме на фоне уходящей ночи высвечивался огромный столб - Гульча рассмотрела вырезанное из векового дуба жесткое лицо: глаза, как у сокола, ноздри раздуты в гневе, челюсти сжаты.
Олег внезапно толкнул пленника в темную подворотню, мгновение спустя вышел оттуда один, потер ребро ладони:
- Теперь пойдем одни. Дом варяга отсюда третий.
Она спросила недоверчиво:
- Я не слышала, чтобы он объяснял тебе дорогу!..
- Объяснял молча, - бросил Олег. Глаза его были жесткими, pуки дрожали, ноги дергались. - Мы, волхвы, легко читаем такие знаки!
Навстречу по тесной улочке двигались груженые подводы, через борта свисали тонкие сухие ноги ланей, лосей, на двух телегах везли забитых медведей. Лошади ступали понуро, привычно. Везли битую птицу, на последней телеге в глубоком корыте прыгала рыба. Обгоняя подводы, проскакали княжьи гридни - суровые, в кольчугах, в глазах - лед. Олег и Гульча поспешили прижаться к забору, давая дорогу.
Впереди стучали по камням посохи. В сторону княжеского терема шли, переговариваясь, тепло одетые, несмотря на предстоящий жаркий день, дородные осанистые люди. Бояре и воеводы, тиуны и тысяцкие - все спешили к порогу великого князя киевского Самовита, буде понадобятся.
Один из дородных, в расшитой серебром сорочке, приотстал, на миг скрылся в тени, а когда луна высветила снова, на том месте уже никого не было. Олег покосился на быстро светлеющее небо, взял Гульчу за руку, они перебежали к тем же воротам.
ГЛАВА 11
Терем высился в глубине небольшого двора, за массивными воротами виднелась добротная крыша, а сам забор почти не уступал той стене, которой Кий в молодости обнес свой город. Ворота были из бревен, грозно блестели толстые железные полосы, медные кольца, скрепы. Олег чуял, что в железных скобах, толщиной с кочергу, лежит настоящее бревно, служа засовом. По ту сторону забора ржали кони, хлюпала вода на плоские камни.
- Варяги в Киеве живут свободно? - шепнула Гульча.
- Узнаем у Говарда.
- Собираешься попасть внутрь?
- По-твоему, я здесь потому, что страдаю бессонницей?
- Но это опасно...
- Мне опаснее оказалось спать в своей постели!
Он измерил взглядом высоту забора и когда, по мнению Гульчи, должен был подпрыгнуть, хватаясь за края забора, внезапно постучал в ворота. Очень нескоро во дворе послышались тяжелые шаги. С лязгом приоткрылось окошко, Олег увидел половину бородатого заспанного лица.
- Кого бесы носят?
- Открывай! - бросил Олег сердито. - Белый свет рушится, а ты спишь. Мы к Говарду. Дело срочное.



Страж подозрительно оглядел стучавших, исчез, погремел железом, в воротах отворилась калитка. Олег протиснулся боком, Гульча споткнулась о толстую цепь, та не давала распахнуться шире: Говард охранял свой терем надежно. Впрочем, любой купец охраняет дом и товары.
К терему вела вымощенная камнем дорожка. Двор был грязен, в лужах после вчерашнего дождя. Возле дорожки плескалась в луже большая свинья, два поросенка тыкали розовыми пятачками в булыжники, пытаясь разрушить дорожку. Гульча обошла их опасливо, даже соступив в грязь, дабы не коснуться нечистых животных. Под дальним забором вольно раскинулся пьяный гридень, от него несло блевотиной. Крупный поросенок, подбирая извергнутое, заодно объел гридню губы, с хрустом сгрызал уши и нос.
На ступенях крыльца двое стражей любовно точили мечи, третий сидел сбоку, деловито бил вшей, разложив сорочку на коленях. Все трое вроде не глазели на прибывших, но когда те приблизились к крыльцу, двое с мечами сразу встали, глаза холодно и цепко пробежали по фигурам гостей.
- Стойте там, - предупредил один властно. - Я узнаю у хозяина, как и что... Не вздумайте быть чересчур умными! Мои друзья не вчера родились.
- Я всего лишь пещерник, - пробормотал Олег.
- Пещерник? - переспросил страж саркастически. - Тогда я - непорочная дева Дана.
Оставшиеся хмуро рассматривали Олега и Гульчу. По тому, как держались, Олег с холодком понял, что оба - профессиональные воины, служили наемниками в Царьграде или Багдаде, продажные, но умелые с оружием. И не допускают ошибок, понапрасну не рискуют.
На втором поверхе распахнулось окно, свежий голос бодро крикнул:
- Впустить гостей!
Двое стражей провели Олега и Гульчачак наверх, взглядом оба показали, что они думают об пещернике и что - о его спутнице, явно отшельнице из той же пещеры.
В большой светлице их ждал крепкий седой старик. Лицо его было, как печеное яблоко, но глаза смотрели остро, живо. Он был в свейской одежде, на поясе болтался крохотный разукрашенный кинжальчик. Старик сделал два шага навстречу, в глазах блестел смех:
- Пещерник?.. А эта дева, несомненно, послушница?.. Хотел бы я хоть одним глазком взглянуть на ваши ритуалы. Небось, со стыда бы сгорел... Ха-ха! Садись, таинственный Олег. И ты, храбрая дева. Я собирался вечерять, откушайте со мной.
Олег ногой придвинул скамью, сел, глаза его цепко держались на Говарде:
- Меня мутит от отравленной еды.
- Обижаешь, - ответил Говард, губы его продолжали улыбаться, хотя в глазах уже появился холодный блеск. Он сел напротив, сказал нерешительно:
- Как я понял, мой посланец не сумел...
- Ему не следовало платить вперед.
- Он был лучшим, - ответил Говард. - Видишь, как рискованно быть купцом в наше время!
- Странными делами занимаются купцы. Говард, наши дороги никогда не скрещивались. У тебя нет повода желать мне смерти. Кто заплатил тебе?
- Ты бы спросил хотя бы, почему !
- Знаю, - отмахнулся Олег. - С дураками связываться не желали, а смелый да рисковый ты один, кто не верит ни в сон, ни в чох, ни в гаданье на лопатке. Так?
- Угадал. Но насчет платы промахнулся. Деньгами не все измеряется. У меня самого златом и серебром сундуки набиты!
- Понятно. Кто заставил тебя?
- Я свободный купец. Мне велеть трудно.
Его глаза смеялись, и Олег напрягался, стараясь покраснеть, сверкал глазами. Пусть думает: разозлил, вывел из себя. Пусть тешится, полагая, что ничего не сказал, никого не выдал. Уже ясно, не состоит в тайном обществе, которое может велеть, сказал и то, что у загадочного противника есть оружие посильнее золота.
- Кто склонил тебя? Почему ты послал человека?
Говард развел руками, улыбка стала шире при тех же холодных глазах:
- Я чту торговые сделки. Если исполню свою часть, моим товарам откроется путь далеко... впрочем, пока не скажу.
- Почему? Все равно ты будешь мертв. Сегодня.
- Или ты, - напомнил Говард.
Улыбка сошла с его лица, стражи чуть придвинулись, их руки застыли на рукоятях мечей.
- Ты зря так делаешь, - сказал Олег настойчиво. - Ты никогда не рисковал напрасно.
- Я всегда выигрывал, - ответил Говард гордо, но в его словах Гульча с изумлением услышала горечь, - я перепрыгивал любую преграду, побеждал любого противника... И лишь недавно понял, к концу жизни, что из трусости выбирал преграды пониже, а противников пожиже... Получилось, что я ухожу из жизни, так и не узнав своей полной мощи! Чтобы ее узнать, надо хоть раз зависнуть пузом на заборе, пытаясь перепрыгнуть, упасть под ударами противника...
- Почему выбрал меня? - хмыкнул Олег. - Перепрыгни гору, поборись с богом! Уверен, ни гора, ни бог не откажутся.
Говард покачал головой:
- Сопляка одолею легко. Бог легко одолеет меня. А ты выглядишь мне под стать. Конечно, я не стал бы с тобой ссориться просто так, я купец, зря ворогов не наживаю... Власть, Олег! Я получу власти.
- Говард, не делай этого, - предостерег Олег. - Мощь и власть - не самое важное. Ты еще можешь посмотреть вовнутрь себя. Ты ведь силен, ты многое можешь! Только ты выбрал простейшие радости. Лишь раб мечтает о власти - он лишен даже свободы, лишь раб мечтает о тысяче баб, горах жратвы и бочках вина - его кормят впроголодь. А ты можешь узнать радости выше!
Говард выслушал внимательно. Задумался, поиграл бровями, сказал буднично:
- Убейте их.
Гульча распахнула глаза, показалось - ослышалась, но Олег в невероятном прыжке уже бросился на Говарда, упал вместе с ним на пол, пропустив над головой просвистевшее лезвие меча. Говард завизжал - Олег до треска вывернул ему руку, вытолкнув купца перед собой, как щит. Пальцы второй руки были на горле Говарда.
Он вскрикнул, стражи замерли с занесенными мечами. Олег попятился, волоча Говарда, уперся спиной в стену. Мечи стражей блестели, воины переглядывались, сопели. Гульча прижала ладони ко рту, до этого тщетно шарила по пустому поясу. Олег сдвинулся вдоль стены, пытаясь приблизиться к ней. Она стояла, как истукан, парализованная страхом, глаза, как блюдца, еще не поняла, что случилось.
Говард хрипел от боли. Олег заламывал руку, пальцы другой играли на горле купца, как на сопилке, из горла вырывались хриплые звуки.
- Гульча, иди сюда, - велел Олег зло на языке обров. - Скорее, дура!
Она остолбенело посмотрела на него, на стражей, наконец решилась сдвинуться, но ближайший из стражей бросился к ней: знал обринский или догадался - схватил ее раньше, чем дотянулся Олег, рывком швырнул обратно через всю комнату. Другой подхватил с пола, заломил руки, приставил нож к горлу.
Все застыло, было слышно далекий скрип колодезного журавля. Страж тряхнул Гульчу, налитые кровью глаза люто смотрели поверх купца на Олега:
- Зарезать?
Олег заломил руку Говарду сильнее. Суставы трещали, кости были тонкие, как у птицы. Говард застонал.
- Он тоже умрет, - предупредил Олег.
Страж крепко держал Гульчу, лезвие ножа было прижато к горлу, ее округлившиеся глаза смотрели на Олега.
Говард прохрипел:
- Я стар... Убей меня. Вотан примет меня в Вальгалле...
Олег сдавил горло, чувствуя его хрупкость, сказал с яростью:
- Вели отпустить ее.
- Не... нет, - прохрипел Говард. - Убьешь меня, убьют ее... Потешатся сперва... Изрежут на куски, эти парни были на Востоке, знают всякие... Я тебя знаю, ты не возьмешь на душу такое...
Олег заколебался. Глаза Гульчи были огромные, испуганные. Страж оскалил зубы. Упругая кожа натянулась под лезвием сильнее. Еще чуть - порежет горло, толстую вену с кровью...
- Отпусти, - прохрипел Говард. - Ты проиграл...
Олег убрал пальцы с его горла, толчком послал старика от себя. Второй страж подхватил Говарда, не дал упасть. Первый держал Гульчу, нож был по-прежнему на ее горле. Говард медленно выпрямился, пощупал пальцами дряблую кожу на кадыке. Его замутившиеся было глаза медленно наливались злобой, желчью:
- Думаешь, проиграл в силе, но победил там, наверху?.. Живем однако здесь, а не наверху... Ты увидишь, что это важнее, когда на твоих глазах будет умирать эта женщина... А умирать она будет долго... И кричать будет, не переставая...
Страж по его знаку убрал нож с горла Гульчи, быстро потащил ее к боковой двери. Олег кинулся следом, споткнулся об умело подставленную ногу. Упал, перекатился через голову, вскочил... Что-то тяжелое обрушилось на затылок. Он вскинул руки, не успел ухватиться за ушибленное место, ноги подломились, навстречу кинулись свежевыструганные доски пола...
Его руки и голова волочились. Он несколько раз ударился затылком о ступени и понял, что без чувств был недолго. Где-то слышался крик Гульчи, а его все тащили за ноги - во всем теле были острая боль и слабость.
Он снова ударился затылком, перед глазами вспыхнули белые искры. Согнув ноги, резко оттолкнулся. Хватка на правой ноге ослабела, он ударил обеими, чувствуя ступени под спиной, - оттолкнулся лопатками, вскочил... B глазах от слабости плыли цветные пятна, ощутил жестокие удары, начал отбиваться, то падая на колени, то поднимаясь.
Они дрались на лестнице, снизу тянуло могильным холодом. В глазах был красный туман. Олег торопливо смахнул со лба плывущую кровь, но в тот же миг сзади шарахнули по голове. Упал, с разбега врезавшись лбом в стену. Падая, захватил чью-тo руку, услышал крик и хруст, удар локтем, подмял другого, но в голове гремело, словно там ревел водопад, крики слышал как сквозь стену, потом все расплылось, и он полетел в черноту...
Сперва Олег начал ощущать лютый холод во всем теле. Он лежал на холодной сырой земле, а очнулся от боли, ибо старался поджать от холода ноги. Голова раскалывалась от боли, в затылок вбивали горячие гвозди. Острые приступы боли накатывали волнами, он застыл, боясь шевелиться.
- Олег, - послышался над ним тихий голос, в котором было безмерное удивление, - ты... жив?
Он заставил себя открыть глаза, чувствуя боль даже при таком усилии. Вокруг - темнота, и он не знал: то ли ему выбили глаза, то ли лицо настолько распухло, что вместо глаз - щели, то ли бросили в темный подвал. Рядом тихо вздрогнули, по его груди легонько скользнули кончики нежных пальцев.
- Что делали с тобой? - прохрипел он.
- Пока ничего, - ответила она торопливо, - но что сделали с тобой...
Ему показалось, что услышал всхлип, но в голове шумело, как на днепровских порогах. С великим усилием подтянул ноги, перекашиваясь от нечеловеческих усилий, начал ощупывать свое лицо, шею, грудь. Кости были вроде бы целы, только в груди при вздохах остро колет. Переломали ребра? Лицо покрыто коркой крови: хрустит, осыпается - значит, лежит долго, рана успела закрыться.
- Давно мы здесь? - прошептал он.
- Не знаю, день еще или ночь. Тебя били лежачего! Ногами, дубинами. Говард ухватил кочергу и бил ею, пока весь не забрызгался кровью. Нет, пока не стал задыхаться от усталости - кровью он забрызгался раньше. Я надеялась, что он умрет... Потом тебя зашвырнули в этот подвал. Они думают, что уже умер.
- И Говард... так думает?
- Он сказал, что мне полезно посидеть с трупом. Приготовиться. К чeму, не сказал.
Олег с трудом перевернулся, встал на четвереньки. В глазах плыли огоньки, в затылке вспыхнула острейшая боль. Он упал лицом в грязь - холодная земля немного охлаждала избитое тело и смиряла боль, на четвереньках обполз подвал, натыкаясь на заплесневевшие бревна. Нащупал нишу в стене - толстый мох, плесень. Пахнет кислым, судя по запаху, здесь стояли бочки с огурцами и капустой.
Он сцепил зубы, кое-как поднялся на ноги, цепляясь за стену. Пальцы скользили по плесени, бревна шли как огромные слизни - холодные, скользкие. Если и была лестница, то убрали, других ступеней нет, а ляда под самым потолком - не дотянуться.
Одежда в лохмотьях, саднящими пальцами ощупал карманы, чувствуя, как тяжело сгибаются суставы. Пусто, вытряхнули все - умельцы наемники.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [ 12 ] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Головачев Василий - Смерч
Головачев Василий
Смерч


Шилова Юлия - Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь
Шилова Юлия
Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь


Шилова Юлия - Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное
Шилова Юлия
Дневник эгоистки, или Мужчины идут на красное


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека