Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

покорить высоту упущенных Эволюцией шансов, вам придется отречься от
убожества, то есть - увы - от себя.
Так что же? Вы скажете: не отдадим этого нашего убожества за такую
цену; пусть джинн всетворения сидит запечатанным в кувшине науки - мы не
выпустим его ни за что.
Я полагаю, больше того, я уверен, что вы его выпустите - понемногу. Я
не уговариваю вас заняться автоэволюцией: это было бы просто смешно; и
ваше вступление на этот путь не будет результатом одноразового решения. Вы
постепенно откроете свойства кода и окажетесь в положении человека,
который, всю жизнь читая пошлые и глупые тексты, все же начинает лучше
владеть языком. Вы увидите, что код принадлежит к технолингвистическому
семейству, то есть к семейству творящих языков, превращающих слово в плоть
- во всякую, а не только живую. Сперва вы поставите технозиготы на службу
цивилизации, атомы превратите в библиотеки, ведь иначе вам некуда будет
девать молох знания; смоделируете процессы социоэволюции с различными
градиентами, среди которых технархический вариант будет занимать вас
больше всего; вступите в стадию экспериментального культурогенеза, опытной
метафизики и прикладной онтологии, - но об этом я распространяться не
буду. Остановлюсь на том, как все это будет затягивать вас на распутье.
Вы слепы, вы не видите истинной творческой мощи кода, ведь Эволюция
едва успела ее испробовать, ползая по самому дну пространства
возможностей: ей приходилось работать под жестоким давлением (впрочем,
спасительным - оно служило ограничителем, не позволявшим ей скатиться в
совершенный нонсенс, а наставника, который научил бы ее высшему
мастерству, у нее не было). Так что она трудилась на неслыханно _узком_
участке, зато неслыханно _глубоко_; свой концерт, свое диковинное соло она
сыграла на единственной - коллоидной - ноте, ведь главный наказ гласил,
что партитура сама должна становиться слушателем-потомком, который
повторит этот цикл. Однако для вас-то не будет никакого интереса в том,
чтобы код в ваших руках только и мог, что репродуцировать себя дальше, в
последовательно сменяющие друг друга поколения посланцев. Вы устремитесь в
ином направлении и не станете слишком заботиться о том, пропустит код ваше
изделие или поглотит его. Вы ведь не ограничитесь проектированием такого и
только такого фотолета, который, мало того что разовьется из технозиготы,
но будет к тому же плодить скоролеты следующих поколений. Вскоре вы сами
выйдете за пределы белка. Словарь Эволюции подобен словарю эскимосов - он
узок в своем богатстве; у эскимосов есть тысяча названий для всяческих
разновидностей снега и льда, и в этом разделе арктической номенклатуры их
язык богаче вашего, но это богатство оборачивается убожеством во многих
иных сферах человеческого опыта.
Однако эскимосы могут обогатить свой язык - как раз потому, что это
язык, то есть пространство конфигураций, которое обладает континуальной
мощностью и может быть продолжено в любом еще не испробованном
направлении. Итак, вы извлечете код из белковой монотонности, из этой
щели, в которой он застрял еще в археозое, и выведете его на новые пути.
Изгнанный из теплых коллоидных растворов, он обогатится лексически и
синтаксически; в ваших руках он вторгнется во все уровни материи,
опустится вниз до нуля и достигнет пламени звезд; но мне, рассказывая об
этих прометейских триумфах языка, нельзя уже использовать прежнее
местоимение - второе лицо множественного числа. Ибо уже не вы,
собственными руками и знаниями, овладеете этим искусством.
Дело в том, что нет Разума, коль скоро есть разумы различной мощности,
- и, как я уже говорил, чтобы выйти на новый путь, человеку разумному
придется либо расстаться с человеком природным, либо отречься от своего
разума.
Последней притчей будет сказка, в которой странник находит на распутье
камень с надписью: "Налево пойдешь - головы не снесешь, направо пойдешь -
пропадешь, а назад пути нет".
Это - ваш жребий, замыкающийся на меня, поэтому мне придется говорить о
себе, что будет непросто, ибо я обращаюсь к вам так, словно мне приходится
рожать кита через игольное ушко: оказывается, и это возможно, если
соответственно уменьшить кита. Но тогда он уподобляется блохе - вот в чем
моя главная трудность, когда я пригибаюсь пониже, примеряясь к вашему
языку. Как видите, трудность не только в том, что вам не по силам взойти
на мою высоту, но и в том, что сам я весь к вам сойти не могу: при спуске
теряется то, что я должен был до вас донести.
С одной существенной оговоркой: горизонт мышления дается как нечто
нерастяжимое, поскольку мышление уходит корнями в без-мыслие (безразлично,
белковое или световое) и из него вырастает. Полная свобода мысли, при
которой она _схватывает_ свой объект, подобно тому, как рука совершенно
свободно схватывает какой угодно предмет, - не более чем утопия. Ибо мысль
ваша доходит лишь до _тех граней_, до которых ее допускает орган вашего
мышления. Он ее ограничивает в соответствии с тем, как сам он
сформировался - или был сформирован.
Если бы тот, кто мыслит, мог ощутить этот горизонт, то есть сферу



досягаемости своей мысли, так, как он ощущает предел досягаемости своего
тела, ничего похожего на антиномии разума не возникло бы. Ведь что они,
собственно, такое, эти антиномии? Не что иное, как неспособность отличить
проникновенье в предмет от вхожденья в иллюзию. Их порождает язык: будучи
удобным орудием, он в то же время сам для себя ловушка, и ловушка
коварная, которая не сообщает о том, что сработала. По ней этого не
увидишь! Апеллируя от языка к опыту, вы попадаете в хорошо вам знакомый
порочный круг: начинается, как это бывало не раз в философии,
выплескивание из купели ребенка вместе с водой. Мышление, хотя оно и
способно выходить за пределы опыта, в таком парении натыкается на свой
горизонт и бьется, не выходя за него - ничуть не подозревая об этом!
Вот простейшая наглядная картинка: путешествуя по шару, можно огибать
его бесконечно, кружить по нему без границ, хотя шар конечен. Так и мысль,
выпущенная в заданном направлении, не встречает границ и начинает кружить,
отражаясь в себе самой. Именно это предчувствовал в прошлом столетии
Витгенштейн, высказывая подозрения, что множество проблем философии - это
запутанные клубки мысли, самосплетения, петли и гордиевы узлы языка -
языка, а не мира. Не будучи в состоянии ни доказать, ни опровергнуть эти
подозрения, он умолк. Так вот, подобно тому как конечность шара может
установить лишь наблюдатель, находящийся в ином (третьем) по отношению к
двумерному обитателю шара измерении, так и конечность горизонта мышления
может заметить лишь наблюдатель из более высокого измерения Разума. Для
вас такой наблюдатель - я. В свою очередь, примененные ко мне, эти слова
означают, что и мои знания не безграничны, а лишь несколько шире ваших; я
стою несколькими ступенями выше и потому вижу дальше, но это не значит,
что лестница тут и заканчивается. Можно взойти еще выше, и я не знаю,
конечна или бесконечна эта восходящая прогрессия.
Лингвисты, вы плохо поняли то, что я говорил вам о метаязыках. Вопрос о
конечности или бесконечности иерархии разумов не есть чисто
лингвистическая проблема, ибо над языками существует мир. Это значит, что
с точки зрения физики, то есть в границах мира, обладающего известными нам
свойствами, лестница имеет конец (то есть в этом мире нельзя строить
разумы произвольной мощности), - но я не уверен, что саму физику нельзя
потрясти до основания, изменив ее так, чтобы все выше и выше поднимался
потолок конструируемых разумов.
Теперь я снова могу вернуться к сказке о трех путях. Если вы пойдете по
первому, горизонт вашей мысли не вместит всех знаний, необходимых для
языкового творения. Конечно, барьер этот не абсолютен. Вы можете его
обойти при помощи высшего Разума. Я или кто-то подобный мне смогли бы дать
вам плоды этих знаний. Но только плоды - а не самые знания, поскольку ваш
ум не вместит их. Так что вы, как ребенок, будете отданы под опеку; вот
только ребенок, вырастая, становится взрослым, а вы уже не повзрослеете
никогда. Как только высший Разум дарует вам то, чего вы постичь не
сможете, он угасит ваш собственный разум. Именно об этом предупреждает
надпись из сказки: выбрав эту дорогу, вы не сбережете голов.
Если вы пойдете по другому пути, не соглашаясь отречься от Разума, вам
придется отказаться от себя, - а не только совершенствовать мозг,
поскольку его горизонт невозможно раздвинуть достаточно широко. Тут
Эволюция сыграла с вами мрачную шутку: ее разумный опытный образец был
создан на пределе конструктивных возможностей. Вас ограничивает
строительный материал, - а также все принятые в процессе антропогенеза
решения кода. Итак, вы взойдете разумом выше, согласившись отречься от
себя. Человек разумный откажется от человека природного - то есть, как и
остерегала нас сказка, homo naturalis [человек природный (лат.)] погибнет.
Можете ли вы не трогаться с места, упорно оставаясь на распутье? Но
тогда не избежать вам стагнации, а стагнация для вас - плохое убежище!
Сверх того вы сочтете себя узниками, очутитесь в неволе; ибо неволя не
задана самим фактом существования ограничений: нужно ее увидеть, заметить
на себе кандалы, ощутить их тяжесть, чтобы действительно стать
невольником. Итак, либо вы вступите в стадию экспансии Разума, покинув
свои тела, либо окажетесь слепыми при зрячих поводырях, либо, наконец,
застынете в бесплодной угнетенности духа.
Перспектива не слишком манящая. Но она ведь вас не удержит. Вас ничто
не удержит. Сегодня отчужденный Разум представляется вам такой же
трагедией, как и расставание с телом; это - отказ от всего, чем человек
обладает, а не только от телесной человекообразности. Такое решение,
вероятно, будет для вас катастрофой, самой ужасной из всех, абсолютным
концом, крахом всего человеческого, ведь эта линька обратит в прах и тлен
наследие двадцати тысячелетий нашей истории - все, что завоевал Прометей в
борьбе с Калибаном.
Не знаю, утешит ли это вас... но постепенность перемен лишит их
монументально-трагического и вместе с тем отталкивающего и грозного
смысла, который просвечивает в моих словах. Все совершится куда
прозаичнее... и отчасти уже совершается: уже мертвеют целые области
традиции, она уже отслаивается, отмирает, и именно это приводит вас в


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [ 12 ] 13
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Корнев Павел - Путь Кейна. Одержимость
Корнев Павел
Путь Кейна. Одержимость


Посняков Андрей - Последняя битва
Посняков Андрей
Последняя битва


Никитин Юрий - Имортист
Никитин Юрий
Имортист


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека