Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
Никто не отмолвил в ответ.

ГЛАВА 37
Тверская рать валила проселками, в сплошных клубах пыли, под
золотисто-серым небом, в удушливой гари пересохших, тлеющих от любого
неосторожного огня болот. Вдаль, в поля, было ничего не видать. Ближние
дерева словно висели в горячем тумане.
Под Кашином стояли, принимая высланные Михаилом Василичем кормы.
Кашинцы были неулыбчивы и строги. Чуялось, что не одно лишь вечное их
нелюбие с тверичами тому виною. Михайло потребовал, чтобы двоюродник
пустил его в город с дружиною, не желая оказаться в нятьи посреди своего
войска. Кашинцы, действительно, были в оружии. Из-за тынов, из дверей
молодечной, со всех сторожевых вышек выглядывали острия шеломов и копий,
там и тут посверкивала бронь, и Михаил, пока стоял в соборе, сидел за
столом у родича, все сожидал узреть московитов и услышать крики начавшейся
свалки. Ратникам велено было не расставаться с оружием. Кормы войску
(овес, хлеб, мясо, сыры, сушеную рыбу) кашинский князь все-таки выслал. В
желтоватой мгле костры тверских ратников казались сплошным пожаром,
распространившимся в полях вокруг Кашина и вдоль прихотливых речных
извивов Кашинки. Словно город был заклят огненным драконом.
Взрыва, однако, не произошло. Не совершилось и нежданного удара в
спину. Видимо, сметя силы, кашинский князь решил не рисковать.
Алексиево проклятие продолжало действовать. Хотя князь и побывал на
службе, но в церкви его сторонились, как чумного.
От Кашина полки уклонились к северу, забираясь в леса. Думали уйти от
засух, жары и пожаров, но становилось все хуже. Горели моховые болота. Не
хватало воды. Кони кашляли и отказывались идти дальше. В клубах дыма
кое-где тускло мерцало желтое пламя низовых пожаров. В воздухе висел дым и
странная темная мгла. Уже на две сажени вперед было ничего не видать. Сидя
на телеге, свесивши ноги на сторону, Онька смутно различал лишь голову
своего коня. Парни, Фрол с Федюхой, ускакавши вперед, куда-то пропали.
Ехали, рывками напирая на передних, тогда конь топтался в оглоблях,
натягивая хомут на уши. Было трудно дышать. Несколько дней такого похода
измучили и людей, и коней.
Онька с Коляней оба натужно кашляли. Из-под колес слышался жалобный
писк. Коляня спрыгнул с телеги, подобрал куропатку с раздавленным крылом,
морщась от жалости, рассматривал ошалевшую пичугу. Птицы не летали - не
видели ничего, а с писком бегали по земле, попадая под копыта и под колеса
телег; галки, вороны, сойки, перепела, всякая болотная и боровая птица,
ошалев, лезли на дороги, ползали по траве, спасаясь от дыма и огня. Редкая
поднявшаяся на крыло ворона тут же резко ныряла вниз и, забывши про страх,
забивалась в телегу, даваясь прямо в руки мужикам, хоронилась средь мешков
с оружною справой.
То ли от дыма, то ли еще от чего войско наконец встало. Сквозь леса,
и верно, было не пройти. И когда, ощупью пробираясь вдоль возов, бояре
начали заворачивать ратных назад, мало кто и ведал, что к Михайле дошли
вести о том, что городецкий князь Борис не выстанет вместе с ним, а
ярославский и тем паче и что Михайло может оказаться со всею своею ратью
под Костромой в плену у московских воевод.
Когда измученные, полузадохшиеся ратники добрались до Мологи,
моложский князь отказал Михайле и в кормах, и в постое. Это послужило
последнею каплей. Почти без приказа, разобрав копья, топоры и рогатины,
тверичи пошли на приступ. Город был взят в какой-нибудь час и жестоко
разграблен. Когда Михаил въезжал в Мологу, топча копытами коня обрушенные
створы ворот, в улицах стоял вой, из дыма выныривали раскосмаченные,
спасающие свое добро от озверелых тверичей жонки, а над тынами уже плясало
светлое радостное пламя, с треском пожирающее пересушенные хоромы горожан.
Онисим с трудом разыскал своих парней. Федька явился ужасно гордый,
раненый, но в чужой броне, захваченной у убитого им моложского ратника.
Фрол, пыхтя, волок за собою корову. Коляня и тот стал на себя непохож:
соскочивши с телеги, остановил, схватив за шиворот, бегущего посадского и,
дав ему дважды по шее, отобрал увесистый мешок с железною кованью, которую
и бросил, не рассматривая, в телегу. Онька в грабеже не участвовал, берег
коня. Собравшись, все четверо с трудом выпихались из горящего города.
От Мологи рать растянулась вдоль волжского берега, тут было легче
дышать и видно было чуть-чуть подалее, однако и здесь, над Волгою, небо
висело словно бы пораженное чернотой и смутный лик солнца, изъеденный
пятнами, словно черною проказой, едва просвечивал сквозь мутную страшную
темь.
Мужики остановились у берега. Несчастную, спавшую с тела корову,
кое-как подоив, пустили на зеленую траву. Привычно морщась, Федюха
подъехал к телеге - Тебе бы еще, батя, бронь! - сказал. Глаза у парня
слезились и сверкали. Эстолькой громады народу, ратников и бояр в куяках,



бронях, пансырях и колонтарях, самого князя, проскакивавшего здесь и там
на легком, подбористом жеребце, крытом алою попоною, зловещего посвиста
стрел, приступа к городу, когда лезли по валу и через тын, дрались в
улицах и жутью и восторгом наполняло сердце, - всего этого он доднесь
никогда не видал, и при всех трудностях похода, при том даже, что могут
убить, был счастлив. Про себя даже и так думалось: останься в тот раз
Прохор дома, с ним бы, с Федей, ничего не случилось! Он вызвался сам,
когда скликали охочих молодцов, плавиться на ту сторону Волги, как ни
остерегал отец. И тогда Онисим содеял единственно возможное: наказавши
Коляне стеречь добро, отправился вместе с сыном.
В долгоносый волжский дощаник насело столько, что вода шла едва не
вровень с бортом. Коней, плывом, тащили за собой. Волга мелела, то и
спасло от потопления. Черпанули набоем уже на мелководье и, изрядно
вымокнув, выбрались-таки на берег, не растеряв оружия. Здесь тоже стоял
тяжелый, пахнущий гарью туман. Город Углич был едва видим, призрачные
бревенчатые костры являлись из тумана как бы висящими в воздухе. Онисим
шел рядом с конем, положа руку на луку седла, удерживая сына, чтобы не
поскакал вперед: погинет сам и коня погубит! На кони на стену все одно не
взойдешь! Стрелы уже густо летели из мглы, втыкаясь в рыхлую землю почти у
ног, а то и прочеркивая густой, тяжелый воздух. Онька почти не увидел,
когда Федюха, охнув, начал сползать с коня. <Второй!> - помыслилось. Но
руки сноровисто и ловко делали свое, рана, слава Господу, была не
смертельна. Только пока сдирал кольчугу, пока искал, где с бульканьем
выходила руда. За время, что перетягивал и налагал жгут с мазью, сын
потерял много крови и едва не лишился сознания. Оттащил малого назад.
Кольчатую рубаху, прикинув на себя, отверг: мала оказалась Оньке, засунул
в торока, не то сопрут. Раненые лежали на попонах целою вереницей, и
Онька, потоптавшись и поняв, что тут будет за сыном уход, пошел шагом в
свой полк. Его самого убить не должны были, так понимал, и потому шел не
опасаясь, с единой думою о сыне: как-то он там?
Когда Онька достиг стены, уже были выбиты ворота и бой, скоро,
впрочем, прекратившийся, шел в городе. Споткнувшись о труп какого-то
боярина, Онька хозяйственно поднял шелом, перекинул через плечо перевязь с
саблей, стянул было зеленые сапоги, но тут набежали, стали пихать,
драться, и Онька отступился брони - не сам убил, дак! И побрел, волоча
рогатину, растерявши всех своих, дальше по улице. В какой-то показавшийся
ему дом взошел, не думая ни о чем, узрел, распрямясь под притолокою,
растерянные лица, смятенного старика-хозяина, жонок, старуху, прячущихся
под лавкой детей. На столе стоял горшок со щами. Онька сел, положив на
лавку боярский шелом, достал из-за голенища ложку. Подвинув горшок, начал
хлебать щи. На него глядели. Хозяйка нерешительно протянула горбушку
хлеба.
- Не хочешь ли, батюшко? - произнесла, не веря еще, что гость не
начнет грабеж. В избу сунулись еще какие-то оружные. Онька махнул рукой:
<Занято!> Мужики, понявши, что ратник за столом - княж Михайлов,
перемолвив, не стали и заходить. Что-то ухватили - как загремело в сенях -
и выперлись вон.
Онька съел хлеб, насытившись, отвалился от щей, поднял взор на
хозяйку:
- Сын у меня! - сказал. - Ранетый!
Старая поняла, засуетилась. Налила в берестяной туес топленого
молока, в тряпицу увязала шанег. Онька, одевши шелом, ждал немо.
- Куды ж ты? А то и ночуй у нас! - предложила старуха вдруг. Поняла,
видно, что таковой гость лучше иных, что учнут лазать по клетям. Хозяин
дотоле молчавший, подал голос из угла:
- И сына твово принесем, привезем ли!
Он торопливо кинулся запрягать, выводить коня. Онька с поздним
сожалением оценил конскую стать. Ну, тут уже грабить не станешь!
На улице останавливали раз пятнадцать. Где-то горело, посадские
тушили пожар. От своих вызнал Онька, что князь Михайло намерен оставить
тверского наместника в городе и потому жечь не велит.
Поздним вечером сидели за трапезой. Федор был в жару, полулежал на
припечке, хозяйка отпаивала его какой-то своей особою травкой. Онька и еще
два ратника - тоже попросились на ночлег - ели кашу, по очереди черпая
кленовыми ложками из горячего горшка. Хозяин все суетился: то забегал в
избу, то совался во двор и хлев. Верно, больше всего трепетал за коней и
скотину. Сам он промышлял извозом, и лишиться коней ему было - смерть.
На расставанье он подарил тверским ратникам по рубахе, хозяйка
вынесла Оньке целый большой угличский сыр. Провожая, кланялись, верно,
благодарили за то, что загоряне не свели коня. Федора Онька, взгромоздясь
в седло, вез перед собою на лошади. У парня голова моталась от слабости,
но жар - спасибо угличской старухе - сошел. Даст Бог, оклемает! - думал
Онька, отходя от первого ужаса.
Всю дорогу, пока тряслись по дымным колеистым проселкам в туманном
мороке, давя ползающих по земи птиц, до Бежецкого Верха и пока снова брали


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 [ 108 ] 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Пехов Алексей - Основатель
Пехов Алексей
Основатель


Корнев Павел - Будни негодяев
Корнев Павел
Будни негодяев


Доставалов Александр - Ожог от зеркала
Доставалов Александр
Ожог от зеркала


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека