Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
- Впереди две машины. Стоят с потушенными фарами. Мне не нравится.
Сколько бы ни вглядывался Русинов в темноту, ничего, кроме белесого пятна
гравийки за капотом, не увидел. Августа что-то подала ему.
- Возьмите... До них триста метров. Попробуйте сосчитать людей.
Он нащупал в темноте предмет и понял, что это водительский прибор ночного
видения армейского образца. Неизвестно, кем она была на самом деле, но
профессиональный разведчик- несомненно. Русинов приник к наглазникам и
натянул на голову резиновый ремень. Тьма сразу раскрасилась зеленью, четко
обрисовались деревья, камни, дорожная лента, уходящая вниз, и два ярких
салатных автомобиля на обочинах друг против друга: горячие двигатели
источали тепло...
Между ними двигался человек.
- Вижу одного, ходит как часовой.
- Остальные в машинах,- предположила Августа и тихо рассмеялась: - Ищут
Мамонта! А Мамонт сидит в моей машине.
Ему было неловко спрашивать женщину, что они будут делать, хотя он имел
на это право, ибо приказали выполнять ее волю. В голове сидело лишь две
мысли - прорваться с боем либо вернуться назад, на пасеку: Ольга наверняка
пришла, может быть, в таком же шелковом платке, стягивающем "стрижку".
- Тебя нет в машине,- вдруг сказала Августа, обращаясь на "ты".- Мамонт
бродит где-то в горах. Я еду одна.
- Мне выйти? - спросил Русинов.
- Нет,- жестко проговорила она.- Сиди спокойно, расслабь руки... Тебя нет
здесь. Ты в горах... Нет! Ты сейчас с Валькирией. Думай о ней! Думай только
о ней! Она же прекрасна, правда? Ты берешь ее волосы и расчесываешь
гребнем... Думай! Закрой глаза. Опасности нет! Потому что ты рядом с
Валькирией. Пожалуйста, Мамонт, думай и не прерви думы своей, пока я не
скажу тебе. Тебя здесь нет... Они слепые, и я отведу им глаза.
Русинов откинул голову на высокую спинку, разжал кисти рук, скованные на
автомате. Возрождать образ Валькирии не было нужды: он все время стоял перед
взором и притягивал мысли. Ему почудилось, будто пальцы снова скованы
золотым гребнем и между ними мягко струятся невесомые пряди. Реальность
воспринималась как фон, как некая бегущая мимо картина чужого бытия, с
которой не было никакой связи. Ему стало безразлично, что взревел мотор,
включился яркий свет и машина понеслась вперед. Это его не касалось и не
волновало, потому что никто не мог нарушить их уединения и высшего ощущения
близости. Где-то в другом мире перед капотом очутился рослый инспектор ГАИ в
бронежилете, каске и с автоматом у живота. За его спиной маячили еще
какие-то неясные фигуры. Послышалась шведская речь, затем английская: кто-то
задавал вопросы, кто-то отвечал, потом салон осветили фонарями, но свет их
не мог достать той выси, в которой они, оторвавшись от земли, парили сейчас
только вдвоем. За тридевять земель, внизу, хлопнула крышка багажника, в
боковом стекле обозначилось улыбающееся лицо в тяжелой каске до глаз, и
машина вновь зашуршала колесами по земной хляби. Он же с замирающим дыханием
возносил руку над плывущими в воздухе волосами и проводил гребнем, насыщая
их сверкающим горным светом.
- Довольно, довольно, Мамонт! - услышал он насмешливый голос, и легкий
удар в солнечное сплетение мгновенно вернул на землю: руки оказались
скованными стальным, тяжелым автоматом.
Машина летела по асфальту с зажженными фарами, перед глазами роилась
зелень приборов на панели.
- У вас неплохие способности,- похвалила Августа.- И подходящий
возраст... Я знаю, вам хочется добывать соль в пещерах. Всякий, кто
прикоснулся к "сокровищам Вар-Вар", будет вечно стремиться к ним... Но не
спешите, Мамонт. Соль Вещей Книги горька в молодости. Вам бы научиться
ходить по земле, чтобы нести эту соль на реки.
- Однажды Авега сказал мне: твой рок- добывать соль,- признался Русинов.
- О да! Рок всякого гоя - добывать соль,- согласилась Августа.- Золото
добывают лишь изгои, и потому оно мертвая часть сокровищ. Человек может жить
без золота, но труднее ему без соли. Люди давно уже бредут в сумерках, без
пути и цели... Я не знаю, что уготовил вам Стратиг, но послушайте моего
совета: если к вам явится Атенон, просите его, чтобы отпустил на реку Ура.
Русинов подался вперед и едва сдержался, чтобы не выплеснуть своего
жгучего интереса. Путь экспедиции Пилицина начинался по знаменитому пути из
Варяг в Греки, затем неизвестно почему резко повернул на север и далее
продолжался по реке Ура, от истока до устья. И с реки Ура он морем
отправился в устье Печоры, а затем на Урал. Много раз Русинов проходил этим
путем, ползая по картам, но кроме созвучия однокоренных слов названий,
ничего не находил. А на его карте "перекрестков Путей" это пространство
представляло собой белое пятно. Магнитная съемка по реке Ура и прилегающей к
ней территории либо не проводилась, либо была строго засекречена.
- Что же там, на этой реке?- справившись с эмоциями, спросил он.
- О, как забилось ваше сердце! - засмеялась Августа.- Вы- путник, а кто
любит ходить по земле, тому и открываются дороги... В истоке реки Ура стоят
три горы, три Тариги, три звездные лодки. Взойдешь на одну- откроются все



пути на восток, взойдешь на другую - видны пути на запад. А с третьей Тариги
открываются страны полуденные. Между этих гор лежит озеро Ура. Если
построить лодку, то можно земным путем доплыть в страну полунощную. Иди на
все четыре стороны! О да! Вы счастливый человек, Мамонт! Избранный
Валькирией! Все пути перед вами... Но мне неизвестно, чего хочет Стратиг.
Последнюю фразу она произнесла с беспокойством.
- Впервые слышу это имя,- чтобы не задавать вопросы, сказал Русинов.
- Ах, лучше бы вам не слышать! - доверительно проронила Августа.- Он
бывает несправедлив, когда задает урок... Но не думайте о нем! Ему никогда
не изменить вашей судьбы, пока стоит над вами обережный круг Валькирии.
Музей забытых вещей помещался в старом дворянском особняке на высоком
берегу Волхова. Окруженный с трех сторон могучим липовым парком, он был
виден лишь с реки, да и то просматривались только лепной портик с белыми
колоннами и зеленая крыша. Музейные залы занимали два нижних этажа; в
третьем же располагалась администрация, реставрационный цех и квартира
директора. Туристические автобусы останавливались на площадке перед
массивными, литого чугуна, воротами, далее экскурсанты шли пешком через парк
и попадали в здание черным ходом. Парадный, от реки, был намертво закрыт
изнутри, высокие дубовые двери закрашены толстым слоем огненного сурика
вместе с бронзовыми ручками и стеклами смотровых щелей.
Дом напоминал старый корабль, навечно причаленный к пристани, и якорные
цепи, ограждавшие парковую дорожку, дополняли эту картину. Мимо пролегал
путь из Варяг в Греки...
Вместе с туристами- скучающими, случайно собранными людьми, он
добросовестно обошел все музейные экспозиции, представляющие собой изящные,
высокохудожественные бытовые вещи дворянских семей, и в последнем зале
ступил за Августой через порог неприметной двери. Они поднялись по лестнице
на третий этаж и очутились в огромной гостиной, обставленной той же
старинной мебелью, разве что без запретных цепочек и бечевок. Кругом были
живые цветы в вазах, словно здесь готовились к торжеству и приему гостей,
под ногами поблескивал однотонный зеленый ковер, напоминающий росную лесную
поляну. На бордовой атласной драпировке стен в дорогих рамах висели картины
- от небольших портретов до огромных полотен, отблескивающих в косом свете и
потому как бы скрытых от глаз только что вошедшего.
За матовым стеклом филенчатой перегородки искрился приглушенный свет,
похожий на свет тихого морозного утра.
Августа указала ему на мягкий стул у шахматного столика, сама же, бросив
зонт и сумочку на клетчатую доску, направилась к стеклянной двери. По пути
не удержалась, на мгновение приникла лицом к белым розам в вазе черного
стекла и легко вздохнула.
Оставшись один, Русинов осмотрелся и неожиданно ощутил, что за спиной
есть какое-то окно, проем или ход из этого аристократического мира в мир
совершенно иной, величественный и тревожный. Оттуда чувствовалось излучение
грозового света, дуновение сурового ветра, огня и дыма, и во всем этом
царило некое живое существо с цепенящим взглядом.
Ему хотелось обернуться, и ничто не мешало сделать это! Но скованная
чьим-то оком воля оказалась слабой и беззащитной. Русинов стиснул кулаки и
зубы. На забинтованных запястьях выступила кровь. Ему удалось лишь повернуть
голову и глянуть из-за своего плеча...
На дальней стене висел огромный холст: на черной скале в багряных
отблесках сидел грозный сокол с распущенными крыльями. А за ним полыхало
пожарище, охватившее всю землю, и черный дым, вместе с черным вороньем,
застилал небо над головой сокола.
Он очень хорошо знал эту картину, как и все другие картины художника
Константина Васильева. Но висящее перед ним полотно потрясало воображение
размерами и каким-то жестким излучением тревоги, света и взора. Даже
неожиданный выстрел в спину произвел бы меньшее впечатление, ибо прозвучал
бы коротко, и результат его уже невозможно было осмыслить. Тут же изливался
лавовый поток, будоражащий, бесконечный и неотвратимый, как стихия всякого
огня, сосредоточенного на полотне, сведенного в единую точку соколиного ока.
Русинов отступил перед ним, и движение раскрепостило его, сжатые кулаки
сосредоточили волю и отдали ее биению крови. Он приблизился к холсту и стал
на широко расставленных ногах. Картина была подлинная, с неподдельными
инициалами и, вероятно, написана специально для этого аристократического
зала. Она как бы взрывала его, вдыхала жестокую реальность и одновременно
находилась в полной гармонии. В другом месте ее невозможно было представить.
Утверждение мира и покоя заключалось в его отрицании, и в этом противоречии
угадывался великий смысл бытия.
Он не слышал, как в гостиную вошел человек, а снова почувствовал, что
кто-то рассматривает его, причем откровенно и с превосходством. На фоне
зимних стекол перегородки стоял крупный мужчина в волчьей дохе, наброшенной
на плечи. Свет был за его спиной и скрадывал лицо.
- Здравствуйте,- проронил Русинов, оставаясь на месте.
- Здравствуй, Мамонт,- не сразу отозвался человек и небрежно отворил


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 [ 107 ] 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Акунин Борис - Инь и Янь
Акунин Борис
Инь и Янь


Шилова Юлия - Женские игры, или Мое бурное прошлое
Шилова Юлия
Женские игры, или Мое бурное прошлое


Посняков Андрей - Сын ярла
Посняков Андрей
Сын ярла


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека