Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

овец и заставляет косматых зверей, скитающихся по лесу, трястись и
поджимать хвосты. Вот уже месяц Ленеон, зима - время, тяжелое для скота и
людей.
Утро. У пристани грохот, скрежет и звон. То моряки снимают с буковых
тумб и бросают через борт связки бронзовых цепей. Суда покидают гавань
Эмпирей и выходят на простор Саронического залива. Гребцы, помогая себе
песней, мерно взмахивают рядами длинных весел:
Ну-ка дружно, ну-ка все,
О эйа вот, о эйа все!
За молом, по знаку старших кормчих, матросы разворачивают квадратные
паруса. Тугие полотнища наполняются вихрем упруго напирающего воздуха.
Галеры покачиваются, валятся набок, черпают низким бортом студеную воду,
выпрямляются и летят, подобно стае испуганных птиц, по расплывчато-зеленым
волнам, рассекая пену их белых греблей.
Феаген очнулся, поднял голову и бессмысленно уставился на вереницу
кораблей, выстроившихся у причала. Из влажной, медленно рассеивающейся
мглы выступали стены хранилищ. Постепенно взгляд Феагена прояснился. Грек
судорожно зевнул, передернулся от холода и со стоном оторвался от груды
сырой листвы, на которой спал.
Он спал? Боже! Феаген всю ночь ворочался, охал, часто вскакивал и
метался по берегу, чтобы хоть немного согреться, - облезлая шапка из
собачьего меха, старая козья шкура и короткая, до колен, продранная в
десяти местах шерстяная туника не спасали от резких порывов северного
ветра - мокрого, пронизывающего до самого нутра, до печени и костей. Устав
от бега, Феаген садился возле столба, увенчанного головой покровителя
купцов бога Гермеса, и прерывисто вздыхал; его зубы стучали мелко и
безостановочно, в теле не оставалось ни одной жилы, которая не дрожала бы,
прося хоть чуточку тепла. Разбитый, измученный вконец, Феаген забылся на
рассвете и пробудился три часа спустя едва живой, с опухшим лицом и
невыносимой болью в пояснице. Страшная ночь. Но что делать греку, если у
него нет собственного жилища?
Три года назад Феаген имел дом и землю недалеко от Марафона, где
афиняне победили когда-то смуглолицых воинов перса Дария Гистаспа. У
Феагена была жена, подрастал сын Марилад. Грек возделывал по каменистому
склону холма пшеницу. Хлеб плохо родился на скудной почве, но все же его
хватало для уплаты налога. Оставалось немного себе, чтоб дотянуть кое-как
до следующей осени. Соседи покрепче разводили виноград, однако у Феагена
не находилось денег на покупку лоз. Он не помышлял о богатстве и
благодарил пречистую Деметру, заступницу селян, и за тот малый урожай,
который получал со своего надела.
Но боги завистливы, рок безжалостен. Как-то раз, летней порой, в
долине Харадры выпал крупный град. Погиб на корню хлеб - погиб и сам
Феаген. Правда, сначала он крепился - занял у дяди Ламаха, толстосума,
пять мер пшеницы, дав слово в будущем году возвратить десять. Голодная
выпала тогда зима, ели траву, - Феаген берег зерно для посева. Весною
жарко помолился Зевсу, впряг быков, цепко ухватился за ручку плуга,
заботливо вспахал участок, бросил в борозду драгоценные семена. Марилад
заровнял мотыгой землю, чтобы зерно не склевала птица. Феаген терпеливо
ждал, когда заколосится хлеб, и дождался - нагрянул на поле вредный жучок,
опять пропал урожай, не набралось и четырех мер пшеницы.
У Ирины, жены Феагена, от горя зачерствело сердце. Она махнула рукой
на неудачливого супруга и удалилась, взяв сына, в Лакратиду, селение
родного отца. Феаген озлобился, продал землю, волов и плуг, уплатил долг
скупому дяде Ламаху (будь проклят такой родич!) и направился в Пирей,
чтобы найти работу.
Работа! Уже год не сходит это слово с обветренных губ Феагена. Грести
до кровавых мозолей, таскать грузы, от которых ребра трещат, подметать
мусор, выскабливать грязь - Феаген готов ко всему, лишь бы перепала
монетка на овсяной хлеб или кусок соленой рыбы. Работа! Но где ее
отыскать? Здесь, в Пирее, бездна таких, как Феаген. Вот они, толпы вечно
голодных бродяг, - словно трупы, усеяли оборванцы гавань, лежат повсюду,
где можно прислонить затылок к обломку кирпича: у запертых складов,
разбитых лодок, обрушившихся лачуг, и не хватит сторожей, чтобы их
прогнать.
Феаген запахнул шкуру и поплелся мимо хранилищ к Дейгме, выставке
товаров. У грека ныла спина. Его ноги в грубых сандалиях нелепо шаркали по
изрытому камню, и Феаген напоминал дряхлого старика, хотя ему исполнилось
всего тридцать семь лет. Марафонец не ел три дня. Нутро сводило голодной
судорогой. Он глотал слюну и отчаянно смотрел по сторонам, надеясь увидеть
на земле какую-нибудь заплесневелую корку; он чутко, будто соглядатай,
прислушивался к гаму, раздававшемуся возле кораблей, - не донесется ли
окрик, пусть грубый, но желанный: "Эй ты, ворона! Отнеси эти амфоры ко мне
домой..."


Грек знал, что не найдет корки, - ее подобрал другой. И никто его не
позовет, - товаров сейчас мало, а грузчиков хоть отбавляй. Но жалкая
надежда на удачу толкала бедняку вперед, - невероятно, противно естеству,
чтобы голодный человек не добыл себе еды, когда ее так много повсюду.
Он мог украсть кусок хлеба на рынке, но его тяжко угнетала мысль о
таком недостойном поступке: в душе марафонца сохранились остатки
деревенской честности. Иные уже утратили ее и по ночам обирали пьяных
моряков или взламывали двери лавок, но Феаген, существуя за счет случайных
заработков, еще держался.
Но где же, наконец, хлеб? Феаген приблизился к Дейгме, - несмотря на
ранний час, подле нее уже шумела толпа купцов, поденщиков, торговых
служащих, матросов, иноземных поселенцев и рабов. Тут говорили на разных
языках; крючковатый нос иудея шмыгал над ухом голубоглазого фракийца,
гордый египтянин беседовал с черноволосым италиком, бранился, расталкивая
людей, загорелый скиф.
Купцы метались у прилавка, словно на пожаре; они жадно рылись в
образцах товаров, запускали руку и огромные глиняные сосуды с копченой,
соленой, вяленой и маринованной рыбой, боспорским, сицилийским и
египетским зерном, перебирали кожу, шерсть, меха, рассматривали обувь и
бронзу от этрусков, папирус и лен от египтян, ковры и благовония от
персов, африканскую слоновую кость, предлагали желающим оливковое масло,
гимметский мед, свинец, мрамор, серебро, ткани, аттические чаши, мебель,
расписные коринфские вазы и статуэтки из Танагры.
Два часа слонялся Феаген около Дейгмы, но в рот ему так и не попало
ни крохи из сытных яств, выставленных здесь. Он отупел от голода и холода
и почти спал на ходу. Его уши словно заложило ветошью, и марафонец сам не
слышал своего голоса. Ноги подгибались на каждом шагу, будто их перебили у
лодыжек. Вдруг сильно закружилась голова. Феаген побледнел и зашатался. Не
различая ничего, он беспомощно протянул руки перед собой и повалился на
чей-то лоток. Он старался уцепиться за что-нибудь, лишь бы не упасть под
забрызганные грязью башмаки сгрудившихся вокруг него бессердечных людей.
Пальцы Феагена лихорадочно хватали воздух и нечаянно стиснули - кусок
сдобного хлеба. Владелец лотка заверещал. Появился надсмотрщик. То был раб
скиф в серой войлочной шапке.
- Оймозде! - рявкнул скиф и развернул бич. - Стонай, сын пса!
Феаген пришел в себя и поразился. Откуда у него хлеб? Марафонец
жалобно пробормотал:
- Я не хотел...
- Ты не хотел?
Скиф размахнулся. На Феагена обрушился удар такой силы, что ему
показалось, будто к спине разом приложили раскаленный добела железный
прут. Он выронил хлеб и растянулся возле прилавка.
- Я не хотел!
- Ты нэ хотэл?
Надсмотрщик взял несчастного марафонца за шиворот и выкинул из-под
навеса.
- Прочь!
Раб люто ненавидел всех этих афинян, - ведь они отняли у него
свободу, оторвали кочевника от дымных, но милых сердцу юрт; благодаря
своей должности (его приставили к ней за нечеловеческую силу), скиф при
каждом удобном случае от души измывался над любым греком, - богач он или
бедняк, все равно - эллин есть эллин, будь он трижды проклят.
Феаген скорчился за углом Дейгмы и долго не мог перевести дух - из
легких, обожженных ударом бича, вырывался хриплый стон. По костлявому,
давно не мытому лицу марафонца, по его взлохмаченной темной бороде текли
одна за другой капли горячих слез. Наконец он отдышался и заковылял к
воротам. В Пирее нет хлеба для Феагена. Лучше отправиться в Афины, на
рыночную площадь, - может быть, там кто-нибудь сжалится над бродягой.
Правда, до Афин чуть ли не семьдесят пять стадиев [стадий - около 160
метров], но их надо пройти, иначе Феаген сегодня умрет.
Грек медленно тащился вдоль Длинных Стен, часто останавливался у
полуразрушенных известковых столбов и мутным взглядом провожал спешащих
туда и обратно людей. Селяне шли пешком. Купцы ехали в повозках или верхом
на мулах. Порой мимо Феагена проносились колесницы именитых горожан.
Густой толпой двигались рабы. Они шагали быстро, без слов, не глядя по
сторонам, - шагали ряд за рядом, точно солдаты разбитого и отступающего
легиона; мужчины и женщины, представители разных племен - сирийцы, лидяне,
фригийцы, египтяне, фракийцы, евреи, скифы - как бы торопились скорей
добраться до места, чтобы не видеть чужих глаз, нагло взирающих на их
позор. Отстающих торопил окрик воина из охраны:
- Живей!
Раб, словно титан Атлас, подпирал широким плечом всю Элладу. Шестьсот
сорок тысяч невольников томились в мастерских Коринфа. На двадцать тысяч
свободных афинских граждан приходилось десять тысяч бесправных иноземных
поселенцев и четыреста тысяч купленных или захваченных людей. Полмиллиона


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Соломатина Татьяна - Приемный покой
Соломатина Татьяна
Приемный покой


Орловский Гай Юлий - Ричард Длинные руки - гауграф
Орловский Гай Юлий
Ричард Длинные руки - гауграф


Посняков Андрей - Разбойный приказ
Посняков Андрей
Разбойный приказ


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека