Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

— Отставить разговоры! — бросил Денис. — Контроль функционирования, диагностика повреждений, оценка живучести. Феликс Эдуардович, можете объяснить, что произошло? Почему нас засосало в трубу Окурка?
— Не могу, — буркнул планетолог экспедиции. — Мало данных.
— Чем быстрее мы разберемся в причинах явления, тем быстрее выберемся отсюда. Слава, радио на базу…5
«Ветер», подхвативший корабль и занесший его в трубу Окурка, все еще продолжал дуть, хотя по словам Глинича никакой это был не ветер — какой уж тут ветер, в пустоте? — а некое силовое поле, которое Феликс Эдуардович назвал «градиентом давления поляризованного определенным образом вакуума». Что планетолог имел в виду, вряд ли понимал и он сам.
Правда, сила, сносившая корабль в глубины трубы, у поверхности ее внутренней стенки действовала слабее, что позволило экипажу «Быстрого» выйти наружу и провести визуальный осмотр корпуса и кое-какой мелкий ремонт. Им удалось восстановить работу антенн систем связи и сменить панели плазменных накопителей, хотя установить связь с базой на Земле не удалось. То ли был поврежден передатчик, то ли стенки трубы не пропускали радиоволн в очень широком диапазоне электромагнитного спектра.
Прошли сутки. Экипаж выдохся в попытках оживить систему связи и впал в прострацию. Единственным человеком на борту корабля, который был занят по горло работой, оказался Феликс Глинич, задействовавший всю имевшуюся в его распоряжении научную аппаратуру и трижды вылезавший из корабля наружу для взятия проб «грунта».
На вторые сутки Денис решил провести совещание, чтобы определить дальнейшую стратегию поведения экипажа, попавшего в ситуацию, когда его самого надо было спасать.
— Своими силами нам отсюда не выбраться, — начал майор, оглядев унылые физиономии подчиненных. — У кого какие соображения?
— Если бы наш «Быстрый» имел гусеницы как у тягача, — проговорил Шилов робко, — мы бы вылезли.
— Вряд ли, — возразил Глинич. — Слишком скользко, а «ветер» продолжает дуть. Дернемся — нас унесет в трубу.
— Авось не унесет. Мы же выходили — и ничего. К сожалению, у нас нет гусениц и…
— Еще варианты? — перебил старлея Денис.
— Надо выбраться на край трубы Окурка и попытаться установить связь с базой, — предложил Абдулов; в полете он по обыкновению не брился и теперь был похож на молодого монаха.
— Скафандровый передатчик слишком слаб, — проворчал Глинич. — Нас не услышат.
— Можно попробовать протянуть антенну от главного передатчика к выходу из трубы.
— На восемьсот метров? Где ты найдешь такой кабель?
— Тогда давайте помигаем прожектором, — загорелся Шилов. — За Окурком сейчас следят в три глаза, нас наверняка заметят.
— Где вы возьмете прожектор?
— Что ты нам всё обрезаешь? — возмутился старший лейтенант. — Сам предложи чего-нибудь дельное.
— Предлагаю провести разведку в глубь трубы, — буркнул Глинич. — Может быть, там тоже есть выход. Отцепимся, проскочим трубу и вылетим через другой конец в космос.
В кабине управления стало тихо. Все посмотрели на командира.
Денис хмыкнул.
— Идея неплохая.
— Какая?
— Обе. Надо попробовать дать световой сигнал СОС на базу. И наверное действительно стоит разведать, что нас ждет в другом конце трубы. Начнем со связи.
— Я пойду, — вызвался Шилов.
— Идти надо как минимум двоим, для подстраховки.
— Тогда и мне придется, — пожат плечами Абдулов. — У нас в спецгрузе есть мощные фонари, возьмем пару и помигаем в унисон азбукой Морзе: спасите наши души.
Денис в задумчивости оттянул губу, прикидывая возможные варианты развития событий, кивнул через минуту:
— Хорошо, собирайтесь. Пойдем втроем: я подежурю снаружи, во избежание непредвиденных осложнений Берем фонари, тарконовую бечеву, кошки, ледорубы и липучки.
— Ледорубы лучше не брать, — проворчал Глинич. — В невесомости они бесполезны, а в наших условиях опасны. От каждого удара вас будет относить от стены, можно сорваться.
— Возьмем вместо них малый гарпун. Космонавты начали готовиться к выходу в космос.
Через час все трое открыли тамбур и выплыли в открытое пространство, подсоединив страховочные фалы к специальным скобам на корпусе корабля.
«Ветер», засосавший корабль внутрь трубы Окурка, продолжал «дуть» в том же направлении, пульсируя в такт каким-то перепадам давления в глубине трубы. У самой поверхности он почти не ощущался, но стоило подняться над слоем замерзших газов на один—два метра, как давление на скафандры резко усиливалось, и риск быть подхваченным «воздушным» потоком увеличивался. Пришлось по большей части передвигаться ползком, не отрывая тело от сизо-бело-голубой, в потеках и рытвинах, местами прозрачной, стенки трубы.
Корабль возвышался над буграми поверхности на восемь метров, поэтому «ветер» давил на него сильнее, и держался он исключительно на тросах, принайтовленных к гарпунам, вибрирующим от напряжения. Сколько могли выдержать тросы и гарпуны, вонзившиеся в лед стенки, было неизвестно.
Распаковали контейнер.
Перецепили карабинчики тросов со скоб на корпусе корабля на гарпуны.
Абдулов и Шилов укрепили в спецзажимах скафандров фонари, запасные батареи, комплекты липучек и острые крюки, медленно двинулись «вверх», к достаточно близкому выходу из трубы. Денис остался у кормы «Быстрого», приготовив на всякий случай запасную бухту бечевы, и стал ждать, изредка переговариваясь с оставшимся в кабине Глиничем и ползущими как мухи по потолку товарищами.
Прошел час.
Космонавты преодолели восемьсот метров, отделявшие корабль от торца трубы, перевалили за ее край. Их голоса стихли.
Денис вздохнул с облегчением, расслабился.
— Что там у вас?
Никто не ответил. Стенки Окурка экранировали радиоволны, и связь с десантниками прекратилась.
— Надо было предупредить… — начал Глинич и не договорил.
Беззвучный удар потряс вдруг стенку трубы!
Окурок содрогнулся.
Корабль подбросило вверх!
Один за другим лопнули удерживающие его тросы. «Быстрый» дернулся, ударился носом о стену, его развернуло и потащило к оси трубы.
— Феликс Эдуардович! — крикнул Денис, подтягивая себя к ледяному вздутию: его тоже отбросило от поверхности трубы, но страховочный фал, прикрепленный к кормовомугарпуну, выдержал рывок. — Что случилось?!
— Откуда мне знать? — прилетел сдавленный голос Глинича. — Похоже, что-то врезалось в Окурок. Может быть, астероид.
В наушниках рации раздались крики, ругань. В черно-звездном окне торца трубы появились летящие «вниз» блестящие фигурки.
— Тихо! — рявкнул Денис. — Без паники! Что произошло?!
— Нас обстреляли! — завопил Шилов. — Сволочи!
— Кто?! — изумился майор, не веря ушам.
— Мы толком не разглядели. Возле Окурка висит чей-то шаттл…
— Американцы?!
— Не похоже, — заговорил Абдулов. — Скорее всего китайцы, судя по форме «челнока».
— Они что, совсем охренели?! Как они здесь оказались?
— Об этом ты у них спроси. Что нам делать?
— Включайте движки, догоняйте спасатель! Феликс Эдуардович, что там у тебя?
— Сейчас, снимаю блокировки, запускаю маршевый…
Из сопел «Быстрого» вытянулись струи газа, вспыхнуло неяркое пламя. Корабль кувыркнулся еще раз, однако Глинич вместе с компьютером корабля все же справились с управлением и не допустили катастрофы. Спасатель выровнялся, развернулся носом к выходу из трубы, включил полную тягу.
Капитан и старлей пролетели мимо Дениса, нанизанные на струйки газа систем маневрирования скафандров, с трудом изменили траекторию полета, нагоняя корабль. Обоим удалось вцепиться в скобы над треугольными крыльями «челнока», сползти по ним к люку. Тогда и Денис отцепил свой фал, оттолкнулся от скользкого ледяного бугра и прыгнул в глубину трубы, к кораблю.6
Никто не знал, почему китайский «челнок», внезапно подкравшийся к Окурку, открыл огонь по космонавтам. Возможно, китайцы приняли их за хозяев странного объекта и перетрусили, но возможно, они просто решили устранить конкурентов и объявить Окурок собственностью Китая.
Спасателям же в кабине «Быстрого», сумевшим забраться в корабль через оставшийся открытым люк, было не до размышлений о причинах конфликта. Они снова решали проблему спасения собственного корабля и своих жизней.
Главный двигатель корабля не справлялся с несущей его в глубь трубы силой. Несмотря на максимально допустимый режим, тяги двигателя не хватало на торможение, и корабль продолжал неумолимо проваливаться «вниз», как затонувший парусник в пучину моря.
Денис попытался подвести «челнок» поближе к поверхности трубы, где сила воздействия на него была значительно меньше. Но тангенциальные рыскания корпуса «челнока» свели на нет все усилия пилота. Стукнувшись пару раз кормой о гладкие бугры внутренней стенки трубы, «Быстрый» потерял стабилизаторы, закрутился штопором, и экипажу с большим трудом удалось уравновесить его и развернуть кормой к засасывающей бездне.
Между тем корабль углубился в трубу уже на пять с лишним километров, и до конца ее плотной части осталось не более четырех километров. Дальше должен был начинаться хвост Окурка, состоящий из утратившего плотность материала, превращавшегося в постепенно редеющую газовую струю. Чем грозило кораблю столкновение с этой странной субстанцией, можно было только гадать. Причин же силы, затягивающей «челнок» в трубу, не знал никто, в том числе и Глинич, единственный на борту специалист по метеоритам и космическим телам естественного происхождения. Область его компетенции не распространялась на объекты, подобные Окурку, так как было понятно, что он скорее всего — искусственное сооружение.
Пролетели еще один километр.
Стенки трубы стали сближаться, уменьшая ее внутренний диаметр. Гладкие вздутия и бугры на внутренней поверхности трубы обзавелись острыми гребнями и ложбинами наподобие русел рек и ручьев.
Скорость падения начала возрастать.
— Что будем делать, командир? — не выдержал Шилов. — Может, катапультируемся, пока не поздно?
— Чтобы разбиться об эти ребра? — кивнул на ледяные торосы Абдулов.
— Нас же засосет! Мы все равно разобьемся!
— Не психуй!



— Я не психую Но что-то же надо предпринимать’
Денис вдруг в свете прожектора заметил нечто вроде гигантского рва, заканчивающегося фестончатым карнизом. Медлить было нельзя, и он повел корабль ближе к стенке трубы, рискуя разбиться о торосы.
— Держитесь! Аварийная посадка!
«Быстрый» ударился о дно ложбины и заскользил по ней кормой вперед, ломая корпусом попадавшиеся на пути ледяные иглы, грибообразные наросты и сталактиты.
— Взорвемся к чертовой матери! — крикнул Шилов.
Денис облился холодным потом, играя клавишами ручного управления вектором тяги, как на пианоле.
Корабль вжался в поверхность рва плотнее, стал останавливаться, вздрагивая от ударов о препятствия.
— Слава, гарпун!
Абдулов, целившийся из последнего страховочного гарпунометателя, выстрелил.
Удар, рывок, грохот, треск лопающихся перегородок!
Корабль встал на дыбы, но трос не дал ему перевернуться, бросил на дно рва, лопнул от рывка. А затем «Быстрый» ударился соплами о карниз, корма смялась в гармошку, и корабль остановился.
Последним движением пальцев Денис отключил двигатель и потерял сознание…

В себя все пришли довольно быстро.
Кабина была разгерметизирована, воздух из нее вышел, но космонавты находились в скафандрах и не задохнулись. От удара же их спасли сработавшие системы защиты кресел, аналогичные воздушным подушкам в автомобилях.
— Все живы? — осведомился Денис, чувствуя во рту привкус крови.
В мигающем красном свете аварийного светильника стали видны летающие по кабине обломки приборов и технических конструкций. Зашевелился Шилов.
— Где я?
— Все там же, — отозвался невнятно Абдулов.
— Ничего не вижу…
— Сбрось подушку.
Из-под кресел вынеслись струи изморози — космонавты освобождались от оболочек противоударных систем.
— Ни фига себе! — пробормотал Шилов, озираясь. — Одно крошево! Ни одного целого прибора!
— Похоже, приплыли, — угрюмо добавил Абдулов. — Отсюда мы уже не взлетим.
— Отставить панические вопли! — сказал Денис, пытаясь говорить уверенным голосом. — Мы пока живы, а это главное. Что произошло, когда вы увидели чужой «челнок»?
— Мы ничего не успели сообразить. Что-то сверкнуло, рядом с нами рвануло, и нас отбросило назад к трубе. Уже потом мы сообразили, что это был взрыв ракеты. Нас обстреляли из зенитно-ракетного комплекса!
— Никто вас не запрашивал по радио? Сразу обстреляли?
— Абсолютно!
— Ничего не понимаю!
— Мы тоже. — Шилов выругался. — Узнаю, кто это сделал, китайцы ли, исламисты, американцы — башку откручу!
— Сначала выберись отсюда.
— Феликс Эдуардович, что молчишь?
— Дышу, — с кряхтением отозвался Глинич.
— Ну и отлично! Начинаем осматриваться и анализировать положение. Потом посовещаемся и решим, что делать дальше. Вопросы?
Вопросов не последовало. Даже оптимистично относящийся ко всем жизненным неурядицам старлей Шилов не смог заставить себя пошутить. Ситуация складывалась далеко не оптимистичная, и он это понимал.
На контроль состояния бортовых систем спасателя ушло чуть больше часа. Вывод был неутешителен: «Быстрый» уже не мог стартовать, потеряв почти всю свою электронику, а главное — он истратил почти все топливо. Его энергоресурса могло хватить максимум на пять суток при экономном расходовании энергии.
— Воду мы тоже потеряли, — добавил Абдулов. — Бак пробит, часть воды вылилась, остальное замерзло. Запасов еды хватит на месяц, но это нас на спасает.
— Какие будут предложения? — поинтересовался Денис.
— Придется ползти к открытому концу трубы, — криво усмехнулся Шилов. — и сдаваться китайцам в плен.
— Перспектива не из приятных. А если они снова начнут стрельбу?
— У тебя есть другой вариант?
— Почему бы нам не проверить, куда ведет другой конец трубы? — подал голос Феликс Эдуардович. — Ее твердая часть заканчивается всего в километре от нас. Вдруг повезет и мы вылезем в космос с другой стороны?
Стало тихо.
Потом раздался смешок Шилова:
— Безумству храбрых поем мы песню… А вы, однако, господин военный эксперт, рисковый парень.
Глинич промолчал.
— Хорошо, пойдем вниз, — подвел итоги совещания Денис. — Если не удастся пройти там, вернемся и поползем вверх. Берем только самое необходимое: НЗ, кислород, липучки, фонари.
— А оружие?
— Мы не воевать сюда прилетели.
— Но китайцы могут снова…
— Не стоит отвечать тем же, мы не китайцы. Возьмем еще пару ракетниц на всякий случай, выпустим несколько красных ракет, наши на базе поймут, в чем дело.
— Вряд ли они успеют снять нас с Окурка за пять дней.
— Будем надеяться на лучшее. Собираемся и выходим.
Космонавты принялись за экипировку и вскоре собрались у тамбура, увешанные спецконтейнерами, превращавшими их в диковинных иноземных существ. Выбрались через люк наружу и один за другим, связанные страховочными фалами, поползли на гребень рва, внутри которого лежал разбитый, изуродованный шрамами и пробоинами космический спасатель «Быстрый».
Сила, затянувшая корабль в трубу Окурка, продолжала действовать и здесь, поэтому решили не поднимать головы лишний раз, чтобы не подвергать товарищей опасности быть подхваченными и унесенными «ветром». Остановились на несколько секунд, посмотрели сверху на брошенный корабль, выглядевший сиротливо и печально, как старинная развалина.
— Прощай, дружище… — пробормотал Абдулов.
Чем дальше в глубь трубы продвигались космонавты, тем уже становилась труба. Через час она сузилась до стометрового диаметра, а потом и того меньше, превратилась в ледяной тоннель с изрезанными трещинами стенами. Мало того, твердая до этого момента поверхность льда начала терять плотность, превратилась в подобие желе, вздрагивающее от каждого прикосновения. Впереди же, как ни всматривались космонавты в надежде разглядеть черную бездну космоса, по-прежнему была видна сплошная белизна, испещренная синеватыми и бирюзовыми прожилками трещин.
— Ох, чует мое сердце, вляпаемся мы в какое-нибудь болото, — пропыхтел Шилов.
— Я бы тоже повернул назад, — признался Абдулов. — Чуете? Мы ползем по киселю — все трясется под руками.
— Кто еще за возвращение?
— Я против, — отозвался Глинич. — Столько ползли, мучились, и вдруг — назад? Давайте еще чуть-чуть продвинемся, хотя бы на полкилометра.
— Что ты собираешься там обнаружить?
— Сам не знаю. Но Окурок — не просто кусок водородно-гелиевого льда, его создали искусственно для каких-то целей.
— Почему ты так решил?
— Потому что гелий практически невозможно заморозить до кристаллически твердого состояния, он при любых температурах остается жидким и сверхтекучим. Окурок же, как видите, состоит изо льда.
— Почему же ты раньше об этом не сказал?
— Вы не спрашивали. Возможно, все дело в составе и количестве примесей, но может быть, причина в том, что внутри Окурка вакуум поляризован, находится в другом фазовом состоянии.
— Ну и фрукт же ты, Феликс Эдуардович!
— Отставить препирательства! — остановил разошедшегося Шилова Денис. — Идем дальше. Если через полкилометра ничего не изменится — вернемся. Что ты там говорил насчет поляризации вакуума, Феликс Эдуардович?
Глинич помолчал, затем проговорил нехотя:
— Я еще не уверен… но впечатление такое, будто внутри трубы Окурка действуют другие физические законы.
— Какие?
— Градиент давления среды имеет ярко выраженный векторный характер… квантовые флуктуации вакуума имеют амплитуду на порядок выше, чем в обычной пустоте… волновой фон повышен…
— Ладно, потом разберемся, поплыли дальше.
Космонавты устремились вперед, вжимаясь телами в ставший податливым материал стенки трубы.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 [ 2 ] 3
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Сердце вдребезги, или Месть – холодное блюдо
Шилова Юлия
Сердце вдребезги, или Месть – холодное блюдо


Куликов Роман - Чистое небо
Куликов Роман
Чистое небо


Конюшевский Владислав - По эту сторону фронта
Конюшевский Владислав
По эту сторону фронта


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека