Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора

если вдуматься, терпеливая заботница, она снова и снова сводила
меня с интереснейшими людьми нашего века, а я куда-то торопился
и часто спешил мимо, откладывая на потом. Ради чего я
откладывал, куда спешил? Ныне эти прошлые спешности кажутся
такими ничтожными, а потери - такими обидными и, главное,
непоправимыми.
Студент, что сидел рядом со мною, недоуменно пожал
плечами, не в силах соединить в одно противоречивые рассказы
выступавших.
Прошел всего год после смерти Любищева - и уже невозможно
было понять, каким он был на самом деле.
Ушедший принадлежит всем, с этим ничего не поделаешь.
Докладчики отбирали из Любищева то, что им нравилось, или то,
что им было нужно в качестве доводов, аргументов. Рассказывая,
они тоже выстраивали свои сюжеты. С годами из их портретов
получится нечто среднее, вернее - приемлемо среднее, лишенное
противоречий, загадок - сглаженное и малоузнаваемое.
Этого осредненного объяснят, определят, в чем он ошибался
и в чем шел впереди своего времени, сделают совершенно
понятным. И неживым.
Если он, конечно, поддастся.
Над кафедрой висела в черной рамке большая фотография -
старый плешивый человек, наморщив висячий нос, почесывал
затылок. Он озадаченно поглядывал не то в зал, не то на
выступавших, как бы решая, какую ему еще штуку выкинуть. И было
ясно, что все эти умные речи, трактовки не имеют сейчас
никакого отношения к тому минувшему человеку, которого уже
нельзя увидеть и который так был сейчас нужен. Я слишком привык
к тому, что он есть. Мне достаточно было знать, что где-то есть
человек, с которым обо всем можно поговорить и обо всем
спросить.
Когда человек умирает, многое выясняется, многое
становится известным. И наше отношение к умершему
подытоживается. Я чувствовал это в выступлениях докладчиков. В
них была определенность. Жизнь Любищева предстала перед ними
завершенной, теперь они решились обмыслить, охарактеризовать
ее. И было понятно, что теперь-то многие его идеи получат
признание, многие работы будут изданы и переизданы. У умерших
почему-то больше прав, им больше позволено...
...А можно сделать и так: предупредить читателя, что
никакой занимательности пе будет, наоборот, будет много сухой,
сугубо деловой прозы. И прозой-то это назвать нельзя. Автор
мало что сделал для украшения и развлечения. Автор сам с трудом
разобрался с этим материалом, и все, что тут сделано, было
сделано по причинам, о которых автор сообщает в самом конце
этого непривычного ему самому повествования.


ГЛАВА ВТОРАЯ -
О ПРИЧИНАХ И СТРАННОСТЯХ ЛЮБВИ

Давно уже меня смущал энтузиазм его поклонников. Не
впервые их эпитеты казались чересчур восторженными. Когда он
приезжал в Ленинград, его встречали, сопровождали, вокруг него
постоянно роился народ. Его "расхватывали" на лекции в самые
разные институты. То же самое творилось и в Москве. И
занимались этим не любители сенсации, не журналисты -
открыватели непризнанных гениев: есть такая публика, - как раз
наоборот, серьезные ученые, молодые доктора наук - весьма
точных наук, люди скептические, готовые скорее свергать
авторитеты, чем устанавливать.
Чем для них был Любищев - казалось бы, провинциальный
профессор, откуда-то из Ульяновска, не лауреат, не член ВАКа...
Его научные труды? Их оценивали высоко, но имелись математики и
покрупнее Любищева, и генетики позаслуженнее его.
Его эрудиция? Да, он много знал, но в наше время эрудицией
можно удивить, а не завоевать.
Его принципиальность, смелость? Да, конечно... смелых идей
у него хватало...
Но я, например, немногие из них мог оценить, и большинство
мало что понимало в его специальных исследованиях... Что им
было до того, что Любищев получал лучшую дискриминацию трех
видов Хэтокнема? Я понятия не имел, что это за Хэтокнем, и до



сих пор не знаю; И дискриминантные функции тоже не представляю.
И тем не менее редкие встречи с Любищевым производили на меня
сильное впечатление. Оставив свои дела, я следовал за ним,
часами слушал его быструю речь с дикцией отвратительной,
неразборчивой, как и его почерк.
Симптомы этой влюбленности и жадного интереса напомнили
мне таких людей, как Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский, и
Лев Давидович Ландау, и Виктор Борисович Шкловский. Правда, там
я знал, что передо мною люди исключительные, всеми признанные
как исключительные. У Любищева же такой известности не было. Я
видел его без всякого ореола: плохо одетый, громоздкий,
некрасивый старик, с провинциальным интересом к разного рода
литературным слухам. Чем он мог пленить? Поначалу казалось, что
привлекает еретичность его взглядов. Все, что он говорил, шло
как бы вразрез. Он умел усомнить самые незыблемые положения. Он
не боялся оспаривать какие угодно авторитеты - Дарвина,
Тимирязева, Тейяра де Шардена, Шредингера... Всякий раз
доказательно, неожиданно, думал оттуда, откуда никто не думал.
Видно было, что он ничего не заимствовал, все было его
собственное, выношенное, проверенное. И говорил он собственными
словами, в их первородном значении.
- Я - кто? Я - дилетант, универсальный дилетант. Слово-то
это происходит от итальянского "дилетто", что значит -
удовольствие. То есть человек, которому процесс всякой работы
доставляет удовольствие.
Еретичность была только признаком, за ней угадывалось
большее - система миропонимания, нечто непривычное, контуры
уходящего куда-то ввысь грандиозного сооружения. Формы этого
еще не достроенного здания были странны и привлекательны...
Все же и этого было недостаточно. Чем-то еще пленял этот
человек. Не только меня. К нему обращались учителя,
заключенные, академики, искусствоведы, журналисты, агрономы и
люди, о которых я не знаю, кто они. Я читал не их письма, а
ответы Любищева. Обстоятельные, свободные, серьезные, некоторые
- очень интересные, и в каждом письме он оставался самим собой.
Чувствовалась его непохожесть, отдельность. Через письма я
лучше понял свое чувство. В письмах он раскрывался,
по-видимому, лучше, чем в общении. По крайней мере так мне
кажется теперь.
Не случайно у него почти не было учеников. Хотя это вообще
свойственно многим крупным ученым, создателям целых направлений
и учений. У Эйнштейна тоже не было учеников, и у Менделеева, и
у Лобачевского. Ученики, научная школа - это бывает не так
часто. У Любищева были поклонники, были сторонники, были
почитатели и были читатели. Вместо учеников у него были
учащиеся, то есть не он их учил, а они учились у него - трудно
определить, чему именно, скорее всего тому, как надо жить и
мыслить. Похоже было, что вот наконец-то нам встретился
человек, которому известно, зачем он живет, для чего... Словно
бы имелась у него высшая цель, а может, даже открылся ему смысл
его бытия. Но просто нравственно жить и добросовестно работать,
а, похоже, он понимал сокровенное значение всего того, что
делал. Ясно, что это годилось только для него одного. Альберт
Швейцер не призывал никого ехать врачами в Африку. Он отыскал
свой путь, свой способ воплощения своих принципов. Тем не менее
пример Швейцера затрагивает совесть людей.
У Любищева была своя история. Не явная, большей частью
скрытая, как в клубнях. Они начали обнажаться лишь теперь, но
присутствие их ощущалось всегда. Что бы там ни говорилось,
интеллект и душа человеческая обладают особым свойством
излучения - помимо поступков, помимо слов, помимо всех
известных законов физики... Чем значительнее душа, тем сильнее
впечатление.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ,
В КОТОРОЙ АВТОР СООБЩАЕТ СВЕДЕНИЯ,
РАЗУМЕЕТСЯ,
ДОСТОЙНЫЕ УДИВЛЕНИЯ И РАЗДУМЬЯ

Никто, даже близкие Александра Александровича Любищева, не
подозревали величины наследия, оставленного им.
При жизни он опубликовал около семидесяти научных работ.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 [ 2 ] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Свержин Владимир - Лицо отмщения
Свержин Владимир
Лицо отмщения


Свержин Владимир - Когда наступит вчера
Свержин Владимир
Когда наступит вчера


Головачев Василий - Пропуск в будущее
Головачев Василий
Пропуск в будущее


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека