Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Петроний Аматуни


Тиунэла


ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ТИУНЭЛА
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Освенцимская тетрадь
1
В "Литературной газете" я увидел портрет с интригующей подписью: "Знаете
ли вы что-нибудь об этом человеке?" Ниже сообщалось, что на фотографии
изображен бывший узник Освенцима, организатор побега из концлагеря. Теперь,
много лет спустя, друзья пытаются отыскать его следы.
Нет, я ничего не знал об этом человеке. Но я вспомнил другое...
Январь 1945 года. Известие об освобождении нашими войсками фашистского
концлагеря Беркенау застало меня, нештатного корреспондента газеты, в
польском городе Величка. Часом позже я мчался на легковой машине в лагерь
смерти.
Короткая остановка в Кракове, и мы свернули на запад. Аушвиц. Здесь
когда-то стояли казармы. Еще километра три - и Беркенау. Ровные ряды
деревянных бараков без окон. Колючая проволока на бетонных столбах,
предупредительные знаки - ток высокого напряжения. По углам ограждения уже
пустующие вышки часовых. По всей территории лагеря разбросаны маленькие
бетонные доты, рвы, окопы. Грязный снег хлюпает под ногами.
За колючей проволокой, в квадрате из высоких штабелей дров, - огромная
печь. В ней фашисты сожгли сотни тысяч узников.
В служебных помещениях и арестантских бараках разбросаны списки
уничтоженных, письма, документы, фотографии. Бумаг - тонны. Их собирают
члены нашей правительственной комиссии. Я помогаю им. Кое-что, с разрешения
комиссии, оставляю себе: возможно, пригодится, когда буду об этом писать.
А сегодня, прочитав о неизвестном мне узнике Освенцима, я вспоминаю о
свертке из моего архива. Сверток небольшой. Вот "паспортная книжка" № 912 на
имя Яна Иосифовича Кенека, рождения 1882 года. Католика. Бывшего рядового
лейб-гвардии Московского полка. Как и за что попал этот старик в Освенцим?..
Вот рукописный журнал на украинском языке, временное удостоверение личности,
выданное некоей Прасковье Тресиловой, 1924 года рождения, проживавшей в
Бобруйске, на Шоссейной, № 215, и "эвакуированной"... в Освенцим. Вот стихи
"Писня про молодисть з жизни". "Пысала цей стишок Голуб Катя, 13/VIII 1943
року".
Еще письма, открытки на разных языках, фотографии. Вот, наконец, сорок
три тетрадных листочка, прочно сшитые, исписанные по-русски, неразборчиво,
покрытые математическими таблицами, кинематическими схемами. Листки побывали
в воде, и многие строки расплылись. Ни фамилии автора, ни адреса.
Что бы это могло быть?
Несколько раз мне попалось странное слово "аквалёт". Слово "плавучесть",
"водоизмещение", "скорость" навели на мысль о проекте подводного судна,
может быть, батискафа - и все!
И тут я подумал, что мне не следует держать под спудом эту тетрадь, и
отослал ее в редакцию.
Вскоре я получил два письма.
"Уважаемый товарищ, - писала редакция, - рукопись, присланная Вами, была
восстановлена и прочитана криминалистами. Удалось разобрать и фамилию
автора: Глебов Николай Иванович, инженер-подводник. В последние годы своей
жизни Николай Иванович работал над проектом подводного судна нового типа.
Теперь техническую идею Глебова осуществило одно конструкторское бюро, в
работе которого принял участие доктор физико-математических наук Евгений
Николаевич Глебов, сын изобретателя.
Впрочем, Евгений Николаевич напишет Вам сам".
Второе письмо - от сына Н. Глебова - у меня не сохранились. В нем Евгений
Николаевич благодарил меня за ценную для него находку. Я ответил, и
постепенно завязалась переписка, оказавшая большое влияние на мою судьбу.
Все станет понятнее, если я приведу одно из его последующих писем,
опустив начало, не имеющее отношения к делу.
"...В конце 1940 года отец взялся за разработку оригинальной идеи
аквалета, - писал мне Евгений Николаевич. - Это как бы подводный самолет с
водометным движителем, то есть гидрореактивный.
Напомню Вам, что привилегию на способ движения судов посредством
перекачки воды (раздувательными мехами!) взяли англичане Тугуд и Хейес еще
триста лет назад.
Первую же попытку построить пароход с гидрореактивным движителем
предпринял американец Джемс Рамзай в 1797 году. В 1831 - 1835 годах в России
проект подобного судна с поршневым насосом разработал в сибирской ссылке
декабрист М. Бестужев.
Брались за это дело и А. Саблуков (1838), С. Бурачек (1840), а капитан
дальнего плавания И. Костович впервые выступил в 1878 году с проектом
подводной лодки с водометным движителем.


Можно привести по меньшей мере три десятка имен их последователей, но
упомяну лишь А. Пермякова, испытавшего в 1909 году на Москве-реке свой
водометный пароход, и М. Хренникова. Как и мой отец, он в 1940 году начал
разрабатывать водометный движитель для сибирских рек.
За триста лет человечество не очень-то продвинулось в осуществлении столь
заманчивой идеи. Мой отец прекрасно понимал все трудности, но с тем большей
страстностью отдался своему проекту.
К сожалению, многие из своих расчетов и чертежей отец взял с собой на
фронт, надеясь, очевидно, закончить проект в свободное время. Вы случайно
подобрали в Освенциме листки с расчетами самого движителя, весьма
оригинального даже для наших дней, и кинематической схемой. Все это ускорило
завершение проекта.
Если у Вас появится желание подробнее поговорить об аквалете - милости
прошу, Вы будете желанным гостем.
Ваш Е. Глебов"
2
Настало время представиться читателю, хотя мне и трудно рассказать о
себе, потому что я увлекался решительно всем, но не достиг совершенства ни в
чем. Вот если бы я смог снова начать свою жизнь, сохранив при этом
приобретенный опыт, то...
Гм! Боюсь, что, как некогда в Ереване, я стал бы вождем краснокожих,
Черной Пантерой; трижды бежал к берегам Амазонки и трижды был бы доставлен
домой работниками милиции; затем стал бы "гипнотизером" и усыплял собак и
кошек Векиловской улицы; писал бы фантастические поэмы, снимался в массовых
сценах армянского фильма "Первые лучи", строил бы летающие модели самолетов.
Потом я переехал бы из Еревана в Кисловодск и готовился стать жонглером.
Несколько лет спустя умчался бы в Москву и стал инструктором в областной
школе летчиков-планеристов на станции Планерная. Научился бы летать на У-2 и
буксироваться на планерах за самолетом. Не отказался бы и от поездки в
Орджоникидзе, чтобы полететь на планере с вершины Столовой горы и выполнить
первый в Северной Осетии прыжок с парашютом.
Обязательно сделался бы военным летчиком-истребителем и накрутил тысячи
петель, бочек и иммельманов1. А потом пошел бы в Аэрофлот, чтобы стать
командиром корабля и налетать с десяток тысяч часов. Однако хватит о себе...

ГЛАВА ВТОРАЯ
Аквалет
1
Евгений Николаевич моложе меня лет на пять. Мы с ним одного роста, но в
плечах он уже, худощав и оттого кажется хрупким. Лицо этого потомственного
россиянина, скорее, грузинское. Черные-черные волнистые волосы, смуглая
кожа, резко очерченные брови и голубые умные глаза. Родился он под Москвой,
в деревне Филино, той, что находится в двух километрах от Сходни. Когда-то
там была Московская областная планерная школа, и многие филинские ребята по
традиции стремились в авиацию.
Но юный Глебов избрал себе другой путь. Он стал астрономом и к моменту
нашего знакомства уже имел ученую степень доктора физико-математических
наук.
Его эрудиция и память не имели границ - позже мне довелось в этом
удостовериться. Временами он казался рассеянным, но вскоре я понял, что это
признак глубокой сосредоточенности. В разговоре он не позволял себе
отвлекаться, не прерывал собеседника и обнаруживал редкостный талант
внимательного слушателя.
Тридцатиградусная московская жара действовала угнетающе. Евгений
Николаевич по моей просьбе извлек из холодильника нарзан и кефир и теперь
наблюдал, как я с величайшей осторожностью дозировал то и другое.
- Чудо! - воскликнул он, попробовав шипучей белой смеси. - Никогда не
подозревал, какое богатство у меня в холодильнике... Ваше изобретение?
- Нет, - признался я. - Как-то много лет назад в пионерском лагере, в
Дарачичаге, я познакомился с древним стариком, чабаном. Возле лагеря, в
лесу, бил родник минеральной воды - Тути джур. Старик, армянин, и научил
меня смешивать эту воду с кислым молоком - армянский коктейль. Говорил, что
напиток этот жизнь человеку продлевает.
- Замечательно! Не знал я, какой вы мастер.
- Можно подумать, что вы хоть что-нибудь обо мне знаете.
- Ну-с... Мне известна ваша любовь к аквалангам...
- Гм!
- ...и ваше намерение написать книгу очерков о подводных экскурсиях.
- Как вы могли узнать?
- От нашего общего знакомого, Андрея Ивановича...
- Шелеста?
- Так точно. Вы давно виделись с ним?
- Около года. Он первым в нашем подразделении перешел в группу


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Громыко Ольга - Год крысы. Видунья
Громыко Ольга
Год крысы. Видунья


Лукьяненко Сергей - Спектр
Лукьяненко Сергей
Спектр


Махров Алексей - В вихре времен
Махров Алексей
В вихре времен


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека