Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Ю.Семенов


Ненаписанные романы


Новеллы (по изданию Ю.Семенов. Собрание сочинений. Т.8. М.: "ДЭМ".
1994. Опущены новеллы, вошедшие в цикл "37-56")

Вместо предисловия
Хочу предложить вниманию читателей короткие сюжеты из "Ненаписанных
романов", которые уже никогда не станут романами: не успею, увы.
В новеллах нет вымысла: они построены на встречах с живыми свидетелями
и участниками описываемых событий.
Литератор не прокурор. Он имеет право на свою версию истории, хотя
высшее право беспристрастного судьи присуще именно Истории. Стремление к
однозначным оценкам скрывает неуверенность в себе или страх перед мыслью.
Лишь те выводы, к которым человек приходит самостоятельно, единственно и
формируют его нравственную позицию.
Главное, что меня занимало, когда я работал над этой вещью, - это
проблема неограниченной власти в годы, именуемые сейчас периодом культа
личности.
Механика такого рода власти, ее непреклонная и неконтролируемая воля,
низводящая гражданина великой страны до уровня "винтика", - вот что
трагично и тревожно, вот что следует в первую очередь анализировать - без
гнева и пристрастия.
Понимание такого рода феномена должно помочь наработать в каждом из нас
гражданское противодействие даже легчайшим рецидивам возможности
возрождения чего-либо подобного в той или иной форме.

1

Сталин читал работы Сергея Булгакова еще до того, как тот был выслан в
Париж и стал протоиереем; строй Рассуждений философа казался ему
любопытным, в нем не было ничего от убеждающе-стремительной легкости
Бердяева, которая болезненно его раздражала, потому что в ней он
чувствовал нечто похожее на стиль Троцкого - такая же парадоксальность,
раскованность, блеск; естественно, это привлекает к нему широкого
читателя, жаль.
Булгаков был ближе к надежной теологической доказательности; очень
русский, оттого постоянно искал исток духовности и правды; именно у него
Сталин как-то прочитал длинную цитату из Библии без сноски на страницу;
это помогло ему на диспуте с лидером меньшевиков Ноем Жордания: когда
стало очевидно, что легендарный "Костров" берет над ним верх, Сталин
процитировал пассаж, абсолютно подтверждавший его правоту, сказав
слушателям, что он оперировал выдержкой из Маркса, - это и решило исход
дела; изумленный Авель Енукидзе спросил: "Из какой работы ты это взял,
Коба?" Сталин усмехнулся: "Пусть ищут! Откуда я знаю?
Главное сделано, люди пошли за нами".
Поэтому, узнав, что Политпросвет не разрешает МХАТу показ пьесы Михаила
Булгакова, - как говорят, родственника столь уважаемого им православного
философа, - Сталин попросил Мехлиса позвонить Луначарскому и предупредить
наркома, чтобы без его, Сталина, посещения театра окончательного решения
по пьесе не принимать: "Хочу посмотреть сам".
...Он тяжко страдал от того, что в свое время высказался против
привлечения Троцким военспецов в Красную Армию: "Опасно давать
командирские звания бывшим офицерам-золотопогонникам; сколько волка ни
корми - в лес смотрит!" Он полагал, что его поддержат Дзержинский, первый
красный главком Крыленко, Антонов-Овсеенко с Раскольниковым, Невским,
Дыбенко и Подвойским: не могут же первые народные комиссары Армии и Флота
так легко уступить свое место "команде" Троцкого, все же каждым движет не
только понятие чести, но и память, неужели так легко отдадут то, что по
праву принадлежит им?
Однако и Подвойский, и Крыленко с Раскольниковым, и Дыбенко с
Антоновым-Овсеенко согласились с доводами Троцкого; наверняка запомнили
его, Сталина, возражение, именно поэтому, вероятно, главком Вацетис и его
штаб так настороженно относились к нему во время сражения против Колчака.
...Время кидать камни и время собирать камни, воистину так. Сейчас,
когда Троцкий, Каменев и Зиновьев потеряли свои позиции в ЦК, именно он,
Сталин, должен приблизить к себе буржуазных спецов в сфере культуры;
Горький позволил себе стать эмигрантом; таким образом, его детище, ЦЕКУБУ
[Центральная комиссия улучшения быта ученых. - Здесь и далее прим. авт.],
вполне может послужить его, Сталина, целям: буржуазные деятели культуры -
при том, что маскируются, - таят в себе заряд русской государственной



идеи, а это надежный заслон против "мировой революции" Троцкого и иже с
ним; русский народ не сможет не оценить этого - в будущем, понятно;
торопиться негоже, выдержка и еще раз выдержка, только она являет собою
вернейшую константу окончательной победы... Он мучительно, до щемящей боли
в сердце, сознавал, что ему ничего не остается, кроме как ждать: он не
мог, не имел права выйти на общесоюзную трибуну до тех пор, пока рядом
Бухарин - с его эрудицией, раскрепощенностью, с блестящим русским языком;
пока приходится терпеть Луначарского, пока в народе свежа память о
зажигательных речах бывшего Предреввоенсовета Троцкого - никакого акцента,
фейерверк мыслей, какое-то странно-вольготное отношение к чувству
собственного достоинства на трибуне...
...И ведь снова он, именно он, Троцкий, - в пику мнению большинства ЦК
- выступил с эссе о "талантливом русском поэте Сергее Есенине"; снова
оказался впереди, хотя потерял и Армию, и Политбюро. Однако популярность -
с ним; ведь именно он заступился за русского поэта; ничего, когда
перестанем печатать Есенина, то и статью Троцкого забудут... Пусть
порезвится; сжать зубы и ждать, уж недолго осталось...
С его, Сталина, акцентом, с его директивностью стиля и чувством гордой
ответственности за каждое произнесенное слово (Мехлис - надежный редактор,
недаром его так не любят; ясное дело, зависть: не у них, а у него,
Сталина, такой помощник), сейчас надо готовить поле боя, но не выходить на
него, рано, народ не созрел еще, он должен устать от дискуссий и свободы,
он должен возжаждать единого вождя - кто знает русских, как не он, Сталин?!
Итак, Сталин приехал на закрытый спектакль во МХАТ; в ложе рядом с ним
сидели Станиславский, Немирович-Данченко, начальник ПУРККА Бубнов; наркома
Луначарского, Крупскую, Ульянову не пригласили, Мехлис вызвал
завагитпромом Стецкого, замзавотделом Кагановича и Николая Ежова.
Сталин оглядел зал: множество знакомых лиц; ясно, собрали аппарат.
После первого акта, когда медленно дали свет, зрители обернулись на
ложу, стараясь угадать реакцию Сталина; он, понимая, чего ждут все эти
люди, нахмурился, чтобы сдержать горделивую - до холодка в сердце -
улыбку; медленно поднялся, вышел в квартирку, оборудованную впритык к
правительственной ложе; заметив ищущий, несколько растерянный взгляд
Станиславского, устало присел к столу, попросил стакан чаю; на смешливый
вопрос Немировича-Данченко - "Ну как, товарищ Сталин? Нравится?" - и вовсе
не ответил, чуть пожав плечами.
И после второго акта он видел взгляды зала, обращенные к нему:
аплодировать или свистеть? Он так же молча поднялся и ушел, не позволив
никому понять себя, - много чести, учитесь выдержке. С острой неприязнью
мазанул быстрым взглядом лицо Сольца, члена ЦКК; ишь, "совесть партии"; а
как Старик склонен к политическим спектаклям?! Дело в том, что Мехлис
доложил ему: Сольц, ехавший в ЦК, как всегда, на трамвае, зачитался книгой
и не заметил свою остановку. Легко вскочив с места, бросился к выходу;
здоровенный верзила с мутным, похмельным взглядом закрывал проход.
- Товарищ, разрешите, пожалуйста, - обратился к нему Сольц.
Тот осклабился:
- Куда торопишься, юркий?! Больно шустрый!
Сольц не понял потаенный смысл сказанного, повторил просьбу. Верзила
зло осклабился:
- Подождешь, жиденыш!
Стоявший неподалеку милиционер усмехнулся:
- Да пусти ты старика пархатого.
- Как же вам не стыдно?! - тихо сказал Сольц, обернувшись к
милиционеру. - Что можно пьянице, то непозволительно вам, представителю
Советской власти.
Милиционер лениво посмотрел на пассажиров:
- Все слыхали, товарищи? Слыхали, как при вас оскорбили красного
милиционера?! - И, не дождавшись ответа, взял Сольца за руку и подтолкнул
его к выходу...
В отделении дежурный выслушал милиционера, потом обернулся к Сольцу и
попросил дать показания; Сольц рассказал все, как было. Дежурный пожал
плечами:
- Конечно, про жида нехорошо, но мы не позволим оскорблять красного
милиционера!
Сольц потребовал встречи с начальником отделения; тот слушать его не
стал, махнул рукой:
- Нечего оскорблять наших людей, они же вас и защищают, в камеру его!
- Я хочу позвонить Дзержинскому, - сказал Сольц, - немедленно!
Все трое рассмеялись:
- Только что и дел до вас Феликсу Эдмундовичу!
И только после этого Сольц достал трясущимися руками свое
удостоверение; имя этого политкаторжанина, героя революции, ленинца было
известно всем. Он позвонил Дзержинскому. Через двадцать минут Феликс
Эдмундович был на Солянке, в милиции; дверь и окна приказал заколотить
досками; через час в ОГПУ был отдан приказ, вычеркивавший это отделение из


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Суворов Виктор - Ледокол
Суворов Виктор
Ледокол


Корнев Павел - Ростовщик и море
Корнев Павел
Ростовщик и море


Курылев Олег - Шестая книга судьбы
Курылев Олег
Шестая книга судьбы


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека