Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Артур Конан-Дойль


Львиная грива


Удивительно, что одна из самых сложных и необычайных
задач, с которыми я когда-либо встречался в течение моей долгой
жизни сыщика, встала передо мной, когда я уже удалился от дел;
все разыгралось чуть ли не на моих глазах. Случилось это после
того, как я поселился в своей маленькой Суссекской вилле и
целиком погрузился в мир и тишину природы, о которых так мечтал
в течение долгих лет, проведенных в туманном, мрачном Лондоне.
В описываемый период добряк Уотсон почти совершенно исчез с
моего горизонта. Он лишь изредка навещал меня по воскресеньям,
так что на этот раз мне приходится быть собственным
историографом. Не то как бы он расписал столь редкостное
происшествие и все трудности, из которых я вышел победителем!
Увы, мне придется попросту и без затей, своими словами
рассказать о каждом моем шаге на сложном пути раскрытия тайны
Львиной Гривы.
Моя вилла расположена на южном склоне возвышенности Даунз,
с которой открывается широкий вид на Ла-Манш. В этом месте
берег представляет собой стену из меловых утесов; спуститься к
воде можно по единственной длинной извилистой тропке, крутой и
скользкой. Внизу тропка обрывается у пляжа шириной примерно в
сто ярдов, покрытого галькой и голышом и не заливаемого водой
даже в часы прилива. Однако в нескольких местах имеются
заливчики и выемки, представляющие великолепные бассейны для
плавания и с каждым приливом заполняющиеся свежей водой. Этот
чудесный берег тянется на несколько миль в обе стороны и
прерывается только в одном месте небольшой бухтой, по берегу
которой расположена деревня Фулворт.
Дом мой стоит на отшибе, и в моем маленьком владении
хозяйничаем только я с моей экономкой да пчелы. В полумиле
отсюда находится знаменитая школа Гарольда Стэкхерста,
занимающая довольно обширный дом, в котором размещены человек
двадцать учеников, готовящихся к различным специальностям, и
небольшой штат педагогов. Сам Стэкхерст, в свое время
знаменитый чемпион по гребле, -- широко эрудированный ученый. С
того времени, как я поселился на побережье, нас с ним связывали
самые дружеские отношения, настолько близкие, что мы по вечерам
заходили друг к другу, не нуждаясь в особом приглашении.
В конце июля 1907 года был сильный шторм, ветер дул с
юго-запада, и прибой докатывался до самого подножия меловых
утесов, а когда начинался отлив, на берегу оставались большие
лагуны. В то утро, с которого я начну свой рассказ, ветер стих,
и все в природе дышало чистотой и свежестью. Работать в такой
чудесный день не было никаких сил, и я вышел перед завтраком
побродить и подышать изумительным воздухом. Я шел по дорожке,
ведущей к крутому спуску на пляж. Вдруг меня кто-то окликнул,
и, обернувшись, я увидел Гарольда Стэкхерста, весело машущего
мне рукой.
-- Что за утро, мистер Холмс! Так я и знал, что встречу
вас.
-- Я вижу, вы собрались купаться.
-- Опять взялись за старые фокусы, -- засмеялся он,
похлопывая по своему набитому карману. -- Макферсон уже вышел
спозаранку, я, наверное, встречу его здесь.
Фицрой Макферсон -- видный, рослый молодой человек --
преподавал в школе естественные науки. Он страдал пороком
сердца вследствие перенесенного ревматизма; но, будучи
природным атлетом, отличался в любой спортивной игре, если
только она не требовала от него чрезмерных физических усилий.
Купался он и зимой и летом, а так как я и сам завзятый
купальщик, то мы часто встречались с ним на берегу.
В описываемую минуту мы увидели самого Макферсона. Его
голова показалась из-за края обрыва, у которого кончалась
тропка. Через мгновение он появился во весь рост, пошатываясь,
как пьяный. Затем вскинул руки и со страшным воплем упал ничком
на землю. Мы со Стэкхерстом бросились к нему -- он был от нас
ярдах в пятидесяти -- и перевернем его на спину. Наш друг был
по всем признакам при последнем издыхании. Ничего иного не
могли означать остекленевшие, ввалившиеся глаза и посиневшее
лицо. На одну секунду в его глазах мелькнуло сознание, он
исступленно силился предостеречь нас. Он что-то невнятно,
судорожно прокричал, но я расслышал в его вопле всего два
слова: "львиная грива". Эти слова ничего мне не говорили, но



ослышаться я не мог. В то же мгновение Макферсон приподнялся,
вскинул руки и упал на бок. Он был мертв.
Мой спутник остолбенел от неожиданного страшного зрелища;
у меня же, разумеется, все чувства мгновенно обострились, и не
зря: я сразу понял, что мы оказались свидетелями какого-то
совершенно необычайного происшествия. Макферсон был в одних
брюках и в накинутом на голое тело макинтоше, а на ногах у него
были незашнурованные парусиновые туфли. Когда он упал, пальто
соскользнуло, обнажив торс. Мы онемели от удивления. Его спина
была располосована темно-багровыми рубцами, словно его
исхлестали плетью из тонкой проволоки. Макферсон был, видимо,
замучен и убит каким-то необычайно гибким инструментом, потому
что длинные, резкие рубцы закруглялись со спины и захватывали
плечи и ребра. По подбородку текла кровь из прикушенной от
невыносимой боли нижней губы.
Я опустился на колени, а Стэкхерст, стоя, склонился над
трупом, когда на нас упала чья-то тень, и, оглянувшись, мы
увидели, что к нам подошел Ян Мэрдок. Мэрдок преподавал в школе
математику; это был высокий, худощавый брюнет, настолько
нелюдимый и замкнутый, что не было человека, который мог бы
назвать себя его другом. Казалось, он витал в отвлеченных
сферах иррациональных чисел и конических сечений, мало чем
интересуясь в повседневной жизни. Он слыл среди учеников
чудаком и мог бы легко оказаться посмешищем, не будь в его
жилах примеси какой-то чужеземной крови, проявлявшейся не
только в черных, как уголь, глазах и смуглой коже, но и во
вспышках ярости, которые нельзя было назван иначе, как дикими.
Однажды на него набросилась собачонка Макферсона; Мэрдок
схватил ее и вышвырнул в окно, разбив зеркальное стекло; за
такое поведение Стэкхерст, конечно, не преминул бы его уволить,
не дорожи он им как отличным преподавателем. Такова
характеристика странного, сложного человека, подошедшего к нам
в эту минуту. Казалось, он был вполне искренне потрясен видом
мертвого тела, хота случай с собачонкой вряд ли мог
свидетельствовать о большой симпатии между ним и покойником.
-- Бедняга! Бедняга! Не могу ли я что-нибудь сделать? Чем
мне помочь вам?
-- Вы были с ним? Не расскажете ли вы, что здесь
произошло?
-- Нет, нет, я поздно встал сегодня. И еще не купался. Я
только иду из школы. Чем я могу быть вам полезен?
-- Бегите скорее в Фулворт и немедленно известите полицию.
Не сказав ни слова, Мэрдок поспешно направился в Фулворт,
а я тотчас же принялся изучать место происшествия, в то время
как потрясенный Стэкхерст остался у тела. Первым моим делом
было, конечно, убедиться, нет ли еще кого-нибудь на пляже. С
обрыва, откуда спускалась тропка, берег, видимый на всем
протяжении, казался совершенно безлюдным, если не считать
двух-трех темных фигур, шагавших вдалеке по направлению к
Фулворту. Закончив осмотр берега, я начал медленно спускаться
по тропке. Почва здесь была с примесью глины и мягкого мергеля,
и то тут, то там мне попадались следы одного и того же
человека, идущие и под гору и в гору. Никто больше по тропке в
это утро не спускался. В одном месте я заметил отпечаток ладони
с расположенными вверх по тропе пальцами. Это могло значить
только, что несчастный Макферсон упал, поднимаясь в гору. Я
заметил также круглые впадины, позволявшие предположить, что он
несколько раз падал на колени. Внизу, где тропка обрывалась,
была довольно большая лагуна, образованная отступившим
приливом. На берегу этой лагуны Макферсон разделся: тут же, на
камне, лежало его полотенце. Оно было аккуратно сложено и
оказалось сухим, так что, судя по всему, Макферсон не успел
окунуться. Кружа во всех направлениях по твердой гальке, я
обнаружил на пляже несколько песчаных проплешин со следами
парусиновых туфель и голых ступней Макферсона. Последнее
наблюдение показывало, что он должен был вот-вот броситься в
воду, а сухое полотенце говорило, что он этого сделать не
успел.
Тут-то и коренилась загадка всего происшествия -- самого
необычайного из всех, с которыми я когда-либо сталкивался.
Человек пробыл на пляже самое большее четверть часа. В этом не
могло быть сомнения, потому что Стэкхерст шел вслед за ним от
самой школы. Человек собрался купаться и уже разделся, о чем
свидетельствовали следы голых ступней. Затем внезапно он снова
натянул на себя макинтош, не успев окунуться или, во всяком


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Конюшевский Владислав - Попытка возврата
Конюшевский Владислав
Попытка возврата


Контровский Владимир - Последний оргазм эльфийского короля
Контровский Владимир
Последний оргазм эльфийского короля


Зыков Виталий - Конклав бессмертных. В краю далеком
Зыков Виталий
Конклав бессмертных. В краю далеком


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека