Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Александр ТЮРИН


В КРУГУ ДРУЗЕЙ


повесть о тихом ужасе



ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. МЫ - МАТЕРИАЛИСТЫ

1
Врач Петрова Антонина Федоровна работала на "скорой". Когда в 9.30
утра она приехала по вызову с Малой Албанской, 15, 24, на ней красовалась
обувка фирмы "Salamander" (на самом-то деле произведенная кооперативом
"Привередница"), причем левая туфля была узка, а правая - безнадежно
велика. Этот парадокс занимал Антонину Федоровну настолько, что на все
другие проблемы оставался автопилот, худо-бедно имеющийся у нас всех.
- Где больной? - спросил автопилот у вышедшей встречать женщины с
густым слоем бигудей на голове.
- Сейчас покажется, - и с нервным смешком добавила, - хотя он,
наверное, уже и не болен.
Автопилот разразился гневной тирадой в защиту цивилизованного
отношения к номеру "03".
- Да помер он, - кратко отразила женщина.
- Зачем он это сделал? - продолжал работать автопилот.
- Вас не спросил, - буркнула женщина с бигудями.
Тут Антонина Федоровна поняла, в чем дело, и испугалась:
- А я-то что могу?
Действительно, привычных уколов "от сердца, головной боли и
температуры" уже не требовалось.
- Что положено, то и моги, - женщина незаинтересованно зевнула.
Тем временем распахнулась еще одна дверь, и перед глазами появился
тот, из-за которого все неприятности. Окна были зашторены, и покойник
пользовался этим вволю, хищно клюя натянутую на него простыню и жутко
поигрывая тенями под нервным светом ветхого ночника. Врачиха старалась не
смотреть и не подходить близко. Ей почему-то казалось, что кто-то может
цапнуть ее за палец.
- Когда умер? - собравшись с силами спросила она.
- А про "когда", верно, только он сам знает. Василий Егорович по
бюллетеню сидели, неделя тому будет. Раньше не болел почти, а тут на
глазах исчах. Еще пошучивал: "Выпили меня, как шкалик. Теперь пора туда,
где за тучей белеет гора". Вечером у него товарищ был, в карты играли. А
утром, часов в восемь, он вдруг в стенку как забарабанит. Муж-то у меня с
ранья на работу уходит, вот я и побоялась сразу посмотреть, что с ним.
- Как же так? Человек, можно сказать, кончался, а вы... - нашла
отдушину врачиха, - и не можно сказать, а точно.
- Я крайняя, что ли? - засопротивлялась соседка. - А если бы он
приставать начал?
- Да как бы он стал приставать с сердечным приступом, - сказала
врачиха и покраснела, потому что вспомнила кое-чего...
- Прошел бы у него приступ, так он бы и пристал на радостях, -
возразила женщина и тоже что-то вспомнила.
Врачиха прикинула, что хотя все ясно, неплохо бы вызвать милицию.

Они пришли вдвоем, лейтенант и сержант, вялые, как мокрые простыни на
веревке. Тяжело походили по комнате, заглянули в письменный стол.
Лейтенант Батищев лениво отодвинул простыню и сказал себе: "Одним меньше
стало". Лейтенант уже имел с навек угомонившимся гражданином не слишком
дружественные встречи. Даже сейчас, разглаженное смертью, лицо Василия
Егоровича не внушало ведомственного доверия.
- Значит, сердце, - произнес милиционер, еле скрывая удовлетворение.
- Ах вы, мужчины, слабенькие же у вас моторчики, - хихикнула желающая
нравиться врачиха, но мгновенно присмирела под оловянным взглядом
Батищева.
- А это что? - Батищев показал на два багровых пятнышка, еле заметных
на шее покойника.
- Клопики покусали, - пожала плечами врачиха.
- Имеется, имеется, - соседка живо подтвердила наличие вредных
насекомых.
- От такой фигни не окочуришься, - согласился милиционер, - а как
звали того приятеля, который заходил к нему вечером?
- Да Летягин звать. Он в десятом доме живет, - с готовностью



подсказала соседка.
- Значит, Летягин, - меланхолично отозвался лейтенант. - Всему свой
черед. Пошли, сержант.
- И я пошла, - радостно пропела врачиха.
- А с ним-то что мне делать? - озадачилась соседка.
- То же что и с другими. В ЖЭУ позвоните, скажите, так и так. Там они
знают, - бросил, не оборачиваясь, Батищев.
- И в поликлинику, - врачиха вписалась в квадрат удаляющейся спины
лейтенанта.
- Гостеприимно распахнулись двери крематориев... - раздалось с
лестницы ржание очнувшегося сержанта и громоподобное сморкание лейтенанта.
- Лучше бы ты ко мне пристал, Егорыч, - покачала головой женщина в
бигудях и подошла к окну распахнуть шторы. На улице она заметила старичка
в шляпе типа кепка-папаха, который уставился прямо на нее.
- Молодые мужики загибаются, а этих кощеев ничего не берет.


2
Летягин не страдал стенокардией, так как был не по его мнению
довольно молод. Примерно в этом возрасте герой Данте заблудился в
сумрачном лесу со всеми вытекающими отсюда последствиями. Предшествующая
жизнь Георгия Летягина состояла из одного продолжительного подъема,
который давно завершился, достигнув возможного максимума, и одного
нескончаемого спада - точка минимума не предвиделась и даже не
планировалась. В подъем вошли следующие основные события. Переселение из
поселка городского (по количеству реализуемого портвейна) типа в
сердцевину большого города. Учеба в мореходке, состоящая из снов на
последней парте. Посещение островов, населенных свободолюбивыми людоедами,
у которых можно было выменять джинсы не только на доллары, но даже на
родные червонцы. Прописка в отдельной однокомнатной квартире (правда, этаж
последний). Женитьба на активистке кафе "Метелица". Удачная игра "Докера".
Упадком можно было назвать и лишение визы за нарушение таможенных
правил, и как следствие, прощание с заморским барахлом, и случившийся
после этого развод с Ниной, и бездарная игра "Докера", и свойственный
деквалифицированным элементам переход в программисты. Теперь уже досуг
Летягина заполняли не очереди в рестораны, а борьба с невероятно быстрым,
переходящим в распад, износом жилой площади, которая дополнялась охотой на
тараканов и прочую дичь местного значения. Однако, ускоренное старение
жилища, как и любой закон природы, было сильнее человека. А братские
могилы и газовые камеры, устраиваемые насекомым, вызывали только яростное
демографическое сопротивление с их стороны под лозунгом: "Всех не
перебьешь".
Можно добавить "за кадром", что страдальцев подобных Летягину имелось
немалое число. Жилищно-эксплуатационное управление имело полное право всем
коллективом сойти с ума от преступно быстрого течения времени во вверенном
участке городского хозяйства и от нехватки надежных, как говорят в
романах, людей. Но управления тем и хороши, что в целом сохраняют
психическое здоровье. Поэтому не смущали ЖЭУ ни трескающиеся стены, ни
смещающиеся крыши, ни рассыпающиеся перекрытия. На случай полного развала
уже намечался фазовый переход в состояние отрешенности, попросту,
энтомологически, говоря, окукливание.
Приметы развала и запустения перешли с окружающей среды на самого
Летягина. Теперь в любое время дня и ночи он выглядел непричесанным,
потертым, неумытым и не стиранным, даже если улучшал свой облик перед тем
три часа кряду и одел все, что почище. Нельзя сказать, что молодой человек
дошел до состояния полного безразличия, нет, он остро подмечал каждый
брезгливый взгляд, брошенный в его сторону, каждое пренебрежительное слово
о нем, он скорбел о каждом волосе, безвинно павшем с его головы. Ему даже
казалось, что он не поселился в этой квартире со всеми удобствами и
неудобствами, а завелся в ней от грязи и сырости, как это бывает с
мокрицами и другими домашними животными.
Вот пришла очередная осень, а значит, стихия стала вести себя еще
более агрессивно. Струйки дождя, вытекая из свинцового неба, с успехом
преодолевали все препятствия и проникали в жилище Летягина в смягченном
виде капели. Если Летягин не успевал ловить капли в батареи тазов и банок
или непосредственно на голову (под звон, в котором иногда прослушивались
мелодии и ритмы зарубежной эстрады), то наступала финальная часть драмы.
Вода, застенчиво хлюпая, собиралась в лужицы и начинала фильтроваться в
квартиру ниже этажом.
Летягин, стараясь предупредить худшее, писал пространные заявления в
ЖЭУ, более напоминающие обращения в ООН. Однако, ушлое учреждение нутром
чуяло, что действовать надо по старому гипнотическому принципу "разделяй и
живи не тужи". Тамошние умельцы изготовили чучело вредителя и спекулянта с


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Суворов Виктор - Последняя республика
Суворов Виктор
Последняя республика


Никитин Юрий - Творцы миров
Никитин Юрий
Творцы миров


Березин Федор - Создатель черного корабля
Березин Федор
Создатель черного корабля


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека