Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Андерй Платонов.


Котлован


В день тридцатилетия личной жизни Вощеву дали расчет с
небольшого механического завода, где он добывал средства для
своего существования. В увольнительном документе ему написали,
что он устраняется с производства вследствие роста
слабосильности в нем и задумчивости среди общего темпа труда.
Вощев взял на квартире вещи в мешок и вышел наружу, чтобы
на воздухе лучше понять свое будущее. Но воздух был пуст,
неподвижные деревья бережно держали жару в листьях, и скучно
лежала пыль на безлюдной дороге -- в природе было такое
положение. Вощев не знал, куда его влечет, и облокотился в
конце города на низкую ограду одной усадьбы, в которой приучали
бессемейных детей к труду и пользе. Дальше город прекращался --
там была лишь пивная для отходников и низкооплачиваемых
категорий, стоявшая, как учреждение, без всякого двора, а за
пивной возвышался глиняный бугор, и старое дерево росло на нем
одно среди светлой погоды. Вощев добрел до пивной и вошел туда
на искренние человеческие голоса. Здесь были невыдержанные
люди, предававшиеся забвению своего несчастья, и Вощеву стало
глуше и легче среди них. Он присутствовал в пивной до вечера,
пока не зашумел ветер меняющейся погоды; тогда Вощев подошел к
открытому окну, чтобы заметить начало ночи, и увидел дерево на
глинистом бугре -- оно качалось от непогоды, и с тайным стыдом
заворачивались его листья. Где-то, наверно в саду
совторгслужащих, томился духовой оркестр: однообразная,
несбывающаяся музыка уносилась ветром в природу через
приовражную пустошь, потому что ему редко полагалась радость,
но ничего не мог совершить равнозначного музыке и проводил свое
вечернее время неподвижно. После ветра опять настала тишина, и
ее покрыл еще более тихий мрак. Вощев сел у окна, чтобы
наблюдать нежную тьму ночи, слушать разные грустные звуки и
мучиться сердцем, окруженным жесткими каменистыми костями.
-- Эй, пищевой!-- раздалось в уже смолкшем заведении.-- Дай
нам пару кружечек -- в полость налить!
Вощев давно обнаружил, что люди в пивную всегда приходили
парами, как женихи и невесты, а иногда целыми дружными
свадьбами.
Пищевой служащий на этот раз пива не подал, и двое
пришедших кровельщиков вытерли фартуками жаждущие рты.
-- Тебе, бюрократ, рабочий человек одним пальцем должен
приказывать, а ты гордишься!
Но пищевой берег свои силы от служебного износа для личной
жизни и не вступал в разногласия.
-- Учреждение, граждане, закрыто. Займитесь чем-нибудь на
своей квартире.
Кровельщики взяли с блюдечка в рот по соленой сушке и вышли
прочь. Вощев остался один в пивной.
-- Гражданин! Вы требовали только одну кружку, а сидите
здесь бессрочно! Вы платили за напиток, а не за помещение!
Вощев захватил свой мешок и отправился в ночь. Вопрошающее
небо светило над Вощевым мучительной силой звезд, но в городе
уже были потушены огни, и кто имел возможность, тот спал,
наевшись ужином. Вощев спустился по крошкам земли в овраг и лег
там животом вниз, чтобы уснуть и расстаться с собою. Но для сна
нужен был покой ума, доверчивость его к жизни, прощение
прожитого горя, а Вощев лежал в сухом напряжении сознательности
и не знал полезен ли он в мире или все без него благополучно
обойдется? Из неизвестного места подул ветер, чтобы люди не
задохнулись, и слабым голосом сомнения дала знать о своей
службе пригородная собака.
-- Скучно собаке, она живет благодаря одному рождению, как
и я.
Тело Вощева побледнело от усталости, он почувствовал холод
на веках и закрыл ими теплые глаза.
Пивник уже освежал свое заведение, уже волновались кругом
ветры и травы от солнца, когда Вощев с сожалением открыл
налившиеся влажной силой глаза. Ему снова предстояло жить и
питаться, поэтому он пошел в завком -- защищать свой ненужный
труд.
-- Администрация говорит, что ты стоял и думал среди
производства,-- сказали в завкоме.-- О чем ты думал, товарищ
Вощев?
-- О плане жизни.


-- Завод работает по готовому плану треста, А план личной
жизни ты мог бы прорабатывать в клубе или в красном уголке.
-- Я думал о плане общей жизни. Своей жизни я не боюсь, она
мне не загадка.
-- Ну и что ж ты бы мог сделать?
-- Я мог выдумать что-нибудь вроде счастья, а от душевного
смысла улучшилась бы производительность.
-- Счастье произойдет от материализма, товарищ Вощев, а не
от смысла. Мы тебя отстоять не можем, ты человек
несознательный, а мы не желаем очутиться в хвосте масс.
Вощев хотел попросить какой-нибудь самой слабой работы,
чтобы хватило на пропитание: думать же он будет во внеурочное
время; но для просьбы нужно иметь уважение к людям, а Вощев не
видел от них чувства к себе.
-- Вы боитесь быть в хвосте: он -- конечность, и сели на
шею!
-- Тебе, Вощев, государство дало лишний час на твою
задумчивость -- работал восемь, теперь семь, ты бы и жил
молчал! Если все мы сразу задумаемся, то кто действовать будет?
-- Без думы люди действуют бессмысленно!-- произнес Вощев в
размышлении.
Он ушел из завкома без помощи. Его пеший путь лежал среди
лета, по сторонам строили дома и техническое благоустройство --
в тех домах будут безмолвно существовать доныне бесприютные
массы. Тело Вощева было равнодушно к удобству, он мог жить не
изнемогая в открытом месте и томился своим несчастьем во время
сытости, в дни покоя на прошлой квартире. Ему еще раз пришлось
миновать пригородную пивную, еще раз он посмотрел на место
своего ночлега там осталось что-то общее с его жизнью, и Вощев
очутился в пространстве, где был перед ним лишь горизонт и
ощущение ветра в склонившееся лицо.
Через версту стоял дом шоссейного надзирателя. Привыкнув к
пустоте, надзиратель громко ссорился с женой, а женщина сидела
у открытого окна с ребенком на коленях и отвечала мужу
возгласами брани; сам же ребенок молча щипал оборку своей
рубашки, понимая, но ничего не говоря.
Это терпение ребенка ободрило Вощева, он увидел, что мать и
отец не чувствуют смысла жизни и раздражены, а ребенок живет
без упрека, вырастая себе на мученье. Здесь Вощев решил напрячь
свою душу, не жалеть тела на работу ума, с тем чтобы вскоре
вернуться к дому дорожного надзирателя и рассказать
осмысленному ребенку тайну жизни, все время забываемую его
родителями. "Их тело сейчас блуждает автоматически,-- наблюдал
родителей Вощев,-- сущности они не чувствуют".
-- Отчего вы не чувствуете сущности?-- спросил Вощев,
обратясь в окно.-- У вас ребенок живет, а вы ругаетесь -- он же
весь свет родился окончить.
Муж и жена со страхом совести, скрытой за злобностью лиц,
глядели на свидетеля.
-- Если вам нечем спокойно существовать, вы бы почитали
своего ребенка -- вам лучше будет.
-- А тебе чего тут надо?-- со злостной тонкостью в голосе
спросил надзиратель дороги.-- Ты идешь и иди, для таких и
дорогу замостили...
Вощев стоял среди пути не решаясь. Семья ждала, пока он
уйдет, и держала свое зло в запасе.
-- Я бы ушел, но мне некуда. Далеко здесь до другого
какого-нибудь города?
-- Близко,-- ответил надзиратель,-- если не будешь стоять,
то дорога доведет.
-- А вы чтите своего ребенка,-- сказал Вощев,-- когда вы
умрете, то он будет.
Сказав эти слова, Вощев отошел от дома надзирателя на
версту и там сел на край канавы, но вскоре он почувствовал
сомнение в своей жизни и слабость тела без истины, он не мог
дальше трудиться и ступать по дороге, не зная точного
устройства всего мира и того, куда надо стремиться. Вощев,
истомившись размышлением, лег в пыльные, проезжие травы; было
жарко, дул дневной ветер, и где-то кричали петухи на деревне --
все предавалось безответному существованию, один Вощев
отделился и молчал. Умерший, палый лист лежал рядом с головою
Вощева, его принес ветер с дальнего дерева, и теперь этому
листу предстояло смирение в земле. Вощев подобрал отсохший лист
и спрятал его в тайное отделение мешка, где он сберегал всякие
предметы несчастья и безвестности. "Ты не имел смысла жизни,--


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Роллинс Джеймс - Пещера
Роллинс Джеймс
Пещера


Семенова Мария - Знамение пути
Семенова Мария
Знамение пути


Самойлова Елена - Ключи наследия
Самойлова Елена
Ключи наследия


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека