Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Евгений ЛУКИН


КАТАЛИ МЫ ВАШЕ СОЛНЦЕ



Научно-фантастическая повесть


Тем только и дышим,
что знать не знаем.
В. И. Даль


Глава 1. НОЧКА ТЕМНАЯ

Кудыка был разбужен дробным, глуховатым бряцаньем медного
позвонка. Заворочался на лавке, с надеждой выпростал из-под одеяла,
подбитого заячьим мехом, всклокоченную голову, но, разлепив веки, так
ничего и не увидел. Черно - как в полене. "Трык-трык... - поскрипывало
и постукивало неподалеку. - Трык-трык..." Приподнялся на локте, все
еще ожидая, что вот-вот порозовеют, засветятся репейки [Репеек
(берендейск.) - звездчатая вставочка.] слюды в широком косящатом
оконце.
Не дождавшись, крякнул, помянул в сердцах шишимору [Шишимора
(берендейск.) - шишига, кикимора.] и всех родичей ее, потом запустил
пятерню в редкую от частых раздумий бороденку и, уставясь в невидимый
потолок, стал сердито соображать, что же он все-таки напутал в хитром
своем резном снарядце. Днем вещица работала исправно и бряцала
вовремя, если и промахивалась, то самую малость, а вот восхода, вишь,
не угадала еще ни разу. Может, и впрямь шишимора шалит?.. Однако в
шишимор, по правде сказать, Кудыка не особенно-то и верил. Он, если на
то пошло, и сам о прошлом годе, сговорившись с Плоскыней, подсадил
шишимору княжьему боярину Блуду Чадовичу. Резали они с тем Плоскыней в
тереме вислое крыльцо [Вислое крыльцо (берендейск.) - огражденный
перилами выступ, приделанный извне к дому.] о двух столпах. Крылечко
вышло - загляденьице, да вот прижимист оказался Блуд, недоплатил... Ну
и, стало быть, с того самого дня возьми да и заведись шишимора.
Скрипит, стонет - хоть из терема беги. Долго крепился Блуд, а все одно
не стерпел, послал за Кудыкой да за Плоскыней, уплатил сполна. И - как
корова языком слизнула, нет шишиморы... Такое вот диво.
Кудыка ухмыльнулся, припоминая давнюю эту проделку, и сел на
лавке, накинув на плечи зипунишко [Зипун (берендейск.) - исподняя
одежа, узкая, до колен и без козыря.]. За ночь горенка выстыла,
пробирал озноб. Либо огонь вздуть? Кудыка встал и в черной, как сажа,
тьме сошел крутой двенадцатиступенной лесенкой в подклет, где потрогал
чуть теплую печку и хмыкнул довольно. Печью своей Кудыка гордился.
Сложенная из греческого кирпича и лишь сверху обмазанная глиной, жар
она держала, почитай, всю ночь. В двух шагах от Кудыкиной подворотни
по речке по Вытекле пролегал путь из варяг в греки - ну как тут не
попользоваться такой оказией! Были бы только денежки. А денежки у
Кудыки были. Не чурки деревянные, как у прочих берендеев, а мелкое
серебро, дробная монета, у тех же греков наторгованная.
Хитер был Кудыка, ох, хитер! Другой бы на радостях изразец
муравленый пустил по печке, стены бы в горенке красной кожей приодел,
а он по-смирному - глиной да рогожкой. Назови кто в людях Кудыку
зажиточным - на смех бы ведь подняли. Хоть и дом у него двупрясельный
[Двупрясельный (берендейск.) - в два потолка.] - горница на подклете,
и дым вон из трубы, а не из окна волоком... А все смекалка Кудыкина.
Иной аж прослезится, о художестве [Художество (берендейск.) - лихие,
никудышние дела.] своем говоря, да кто ж ему поверит-то? А Кудыка как
начнет хвастать, провираясь для виду, все от хохота с лавок валятся.
Что с такого возьмешь? Потому и поборы на него падали самые легкие, и
даже Кощей, под которым ходили все теплынские берегини, хранил Кудыкин
двор лишь по малому оберегу [Оберег (берендейск.) - привеска от
сглазу, огня, воды и проч.]. А мог бы и по большому, раза в два
дороже...
Кудыка отнял заслонку, лицо нежно тронул неворошеный жар под
пеплом. Стало быть, все-таки дед вставал среди ночи да подтапливал...
Древорез пошевелил кочергой, обдав красноватой позолотой рубаху, и,
нашарив тугой, увесистый, как кирпич, стружечный жемок, сунул в печь.
Вскоре загудело густое веселое пламя, забегали по стенам теплые
зайчики. На полатях тут же закряхтел и заохал старый дед Пихто
Твердятич:


- Охо-хо, внуче Кудыче...
- Ты спи, дед, спи, - успокоил Кудыка. - Темно еще...
- Темно... - недовольно повторил дед. - То-то и оно, что темно. А
почему темно-то?
- Рано потому что, - ответил Кудыка, отправляя в огненную пасть
печи еще один плотный стружечный кирпичик.
Полати заскрипели, затрещали, всколыхнулась лежащая горбом ветхая
шубейка, и в пятнистой полутьме явилось морщинистое резное личико
деда. Кудыка инда [Инда (берендейск.) - ажно.] залюбовался. Уж на что
он сам слыл первым древорезом в слободе, а поди ж ты, выведи так-то
вот каждую морщинку!
- Незаплатана ты башка! - гневно выкатывая глаза, прошамкал дед. -
Рано ему! Солнышку-то давно уже встать пора!
- Ну ты солнышку-то не указывай, - ворчливо заметил Кудыка,
закрывая заслонку. - Пора ему там, не пора...
Дед крякнул и примолк. Потом заворчал снова, на этот раз тревожно,
испуганно:
- Раньше-то, а? Лето - долгое, зима - мягкая... Весной как
пригреет - смотришь: а лед по речке по Сволочи шорохом идет вовсю... А
ныне вон уже и Вытекла по затонам подмерзать стала... Эх! Прогневалось
на нас ясно солнышко...
- Это за что же? - спросил Кудыка.
- А не надо было греков пущать в государствие! Время мерят, часы
ладят...
Кудыка хмыкнул, засветил ночник и вышел в сени, где умылся ледяной
водой из кадки, все посматривая, не зарозовеют ли слюдяные чешуйки в
оконце.
- А знаешь, почему греков греками зовут? - снова заговорил дед,
стоило Кудыке вернуться. - Грешные потому что!.. А ты вон с ними
дружбу водишь, с ча-сов-щиками!..
Последнее слово дед выговорил презрительно, как выбранился.
- Как же это греков не пущать? - удивился Кудыка. - Ежели не
пущать, так это бесторжие будет. Бесторговица...
- Да и леший с ней, с бесторговицей! - взвился дед. - Зато,
глядишь, солнышко смилуется, припечет...
Кудыка не дослушал и снова поднялся в горницу. "Трык-трык... - все
так же поскрипывал и постукивал резной снарядец. - Трык-трык..."
Гирька на ремешке свисла уже чуть ли не до полу. Греки - греками, а и
мы кое-что можем. Немудреная вроде снасть: два пупчатых колеса с
колебалом да позвонок с опрокидом, а вот поди ж ты - время кажет и в
позвонок бряцает на закате. Ежели бы еще и на рассвете бряцала - цены
бы ей не было.
Кудыка нахмурился, остановил колебало и, намотав ремешок на валик,
снова качнул. Трык-трык... А ведь дед-то прав. Ночи теперь не в пример
длиннее стали. Шутка, что ли, лишних три оборота ременных на ночь
накинул! Позавчера два, вчера три... Сколько ж еще набавлять-то? Ремня
не хватит...
Долго бы еще размышлял Кудыка, но тут мелькнули наконец в слюдяных
репейках окна дробные алые искорки. Обрадоваться, правда, не успел -
понял, что не солнышко тем искоркам причиной. Кто-то бегал по улицам с
огнем, да и не один. А вскоре стали слышны и отдаленные крики.
Кудыка торопливо подпоясал зипун и, на ходу влезая рукой в рукав
шубейки, заторопился вниз по лесенке. Дед Пихто Твердятич,
привскинувшись на полатях, тревожно склонял ухо к невнятному шуму.
- Что там, Кудыка?
- Да кто ж его знает! - так же тревожно отвечал ему тот, срывая со
стены кистень-звездыш [Звездыш (берендейск.) - чекуша-гвоздевка, либо
рогульчатое ядро на коротком кистенище.]. - Не иначе, опять лихие люди
доброго человека в чужой клети поймали...
Нахлобучил шапчонку, выбежал в черные сени, отнял засов.
Очутившись на низком крыльце, первым делом взглянул на восток. Нет,
ничего там не светилось и даже не розовело.
Серебром сияли гвоздики звезд, вколоченные во множестве в огромное
черное небо. Ночь стояла такая ясная, что на шляпках покрупнее можно
было различить насечку.
Узкой прокопанной в сугробах тропинкой Кудыка приблизился к
воротам об одном полотне и, вынув брус, с трудом приотворил заметенную
калитку. По тихой улочке, страшно сопя и громко хрустя настом, кто-то
шел, направляясь к дальнему концу слободы, - темный, косолапый и с
посохом. А может, и с колом...
- Плоскыня, ты, что ли? - наудачу окликнул Кудыка.
Косолапый обернулся, набычился. И впрямь Плоскыня.
- А то кто же! - всмотревшись, чьи ворота, мрачно бросил он.
- Куда это ты до свету наладился?
- Иех! - вскрикнул в сердцах Плоскыня. Сгреб с лохматой головы


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шилова Юлия - Осторожно, альфонсы, или Ошибки красивых женщин
Шилова Юлия
Осторожно, альфонсы, или Ошибки красивых женщин


Скальци Джон - Последняя колония
Скальци Джон
Последняя колония


Зыков Виталий - Конклав бессмертных. В краю далеком
Зыков Виталий
Конклав бессмертных. В краю далеком


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека