Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора

Дик Фрэнсис.

Дорога скорби



Dick Francis. Come to grief. -- М.: ЗАО "Изд-во "ЭКСМО-Пресс"", 1999
Перевод с английского Е. Дрибинской
Отсканировала Аляутдинова А.Х.


В ноябре 1994 года на втором канале Би-би-си прошел благотворительный
аукцион возможностей, "которые нельзя купить за деньги". Одним из лотов бы-
ло "Ваше имя будет носить персонаж следующей книги Дика Фрэнсиса".
Этот лот достался миссис Патриции Хаксфорд. Дику Фрэнсису доставило
большое удовольствие ее появление в романе "Дорога скорби".

ГЛАВА 1
Беда работы детектива -- а я уже почти пять лет занимался этим делом
-- в том, что порой случайно открываешь факты, которые ломают жизнь людям.
Он был моим другом, этот всеобщий любимец, а я усадил его на скамью
подсудимых.
Решение действовать в соответствии с тем, что я узнал, стоило мне
многих дней душевных мук. Я прошел дорогу скорби до конца -- от недоверия к
самому себе, через отрицание и гнев к решимости -- и печали. Я горевал по
человеку, которого, как мне верилось, знал и который оказался иным, чу-
жим... подлым. Мне было бы куда легче оплакивать его смерть.
Скандал затронул многих. Пресса, инстинктивно и дружно вставшая на
защиту моего друга, устроила мне, его обвинителю, невыносимую жизнь. На ип-
подромах, где я главным образом и работал, старые знакомые отвернулись от
меня. Любовь, поддержка и утешение изливались на него, а во мне видели объ-
ект ненависти. Я знал, что этому настанет конец. Надо просто терпеть и
ждать.
В то утро, на которое было назначено начало судебного разбиратель-
ства, мать моего друга покончила с собой.
Эта новость добралась до зала суда в Ридинге, в Беркшире, когда пред-
седатель, облаченный в мантию, уже выслушал первые заявления сторон. Я, как
свидетель обвинения, ждал своей очереди в пустой комнате. Один из служащих
подошел ко мне, чтобы сообщить о самоубийстве и известить, что судья отло-
жил слушание на один день и что я могу идти домой.
-- Бедная женщина! -- воскликнул я с неподдельным ужасом.
Несмотря на предполагаемую беспристрастность, симпатии служащего ос-
тавались на стороне обвиняемого. Он неприязненно посмотрел на меня и ска-
зал, что я должен буду вернуться сюда на следующее утро, ровно в десять ча-
сов.
Я покинул комнату и медленно двинулся по коридору к выходу. По дороге
меня догнал старший юрист коллегии.
-- Его мать заказала номер в отеле и выбросилась с шестнадцатого эта-
жа, -- сказал он без предисловий. -- Она оставила записку, что не сможет
пережить грядущего позора. Что вы об этом думаете?
Я взглянул в темные умные глаза Дэвиса Татума, неуклюжего толстяка с
гибким и быстрым умом.
-- Вы знаете это лучше, чем я.
-- Сид! -- выдохнул он. -- Скажите мне, что вы об этом думаете.
-- Возможно, он изменит тактику защиты.
Татум расслабился и слегка улыбнулся.
-- Вы занимаетесь не той работой.
Я покачал головой.
-- Я ловлю рыбу. Ваши парни ее потрошат.
Он добродушно усмехнулся. Я отправился на вокзал, чтобы сесть на по-
езд и через полчаса прибыть в Лондон, а там поймать такси и проехать на нем
последнюю милю до дома. Джинни Квинт, думал я по дороге. Бедная, бедная
Джинни Квинт, выбравшая смерть, которую она предпочла вечному стыду. Хлоп-
нуть дверью -- и все. Конец слезам. Конец горю.
Такси остановилось на Пойнт-сквер (рядом с Кадоган-сквер), где я жил
на первом этаже в доме с балконом, выходящим в садик. Как обычно, на этой
небольшой уединенной площади было тихо и малолюдно. Резкий октябрьский ве-
тер рвал листья с деревьев, и время от времени они падали на землю, как
мягкие желтые снежные хлопья.
Я выбрался из машины и расплатился с водителем через окно. Когда по-
вернулся, чтобы пересечь тротуар и пройти несколько шагов до входной двери,
человек, который вроде бы мирно шел мимо, яростно рванулся ко мне и взмах-
нул длинной черной металлической трубой с явным намерением размозжить мне



голову.
Я скорее угадал, нежели увидел направление первого опасного удара и
успел отклониться ровно настолько, чтобы пострадало плечо, но голова оста-
лась целой. Человек заорал как бешеный, и я принял второй удар на вскинутое
для защиты предплечье. Затем я с силой схватил его за запястье и сбил с
ног. Он растянулся на тротуаре, выронив свое оружие. Он выкрикивал оскор-
бления, ругаются и угрожал убить меня.
Такси все еще стояло рядом, мотор работал, а водитель безмолвно смот-
рел на все это, раскрыв рот, пока я не рванул заднюю дверь и не ввалился на
сиденье. Сердце глухо стучало. Что было неудивительно.
-- Поехали, -- нетерпеливо сказал я.
-- Но...
-- Поехали. Вперед. Пока он не поднялся и не перебил вам стекла.
Водитель быстро закрыл рот и вцепился в рычаги.
-- Послушайте, -- возмущенно сказал он, полуобернувшись ко мне, -- я
ничего не видел. Это мой последний рейс на сегодня, я обычно заканчиваю в
восемь и еду домой.
-- Поезжайте, -- сказал я. Мысли путались.
-- Ну... ладно, куда ехать?
Хороший вопрос.
-- Он не похож на грабителя, -- обиженно заметил водитель. -- Только
нынче никогда нельзя сказать наверняка. Он ведь вас сильно ударил. Похоже,
он вам руку сломал.
-- Поезжайте, ладно?
Водитель был здоровенный лондонец лет пятидесяти, но совсем не Джон
Буль, и по тому, как он качал головой, и по подозрительным взглядам, кото-
рые он бросал на меня в зеркало, я понимал, что он не хочет оказаться заме-
шанным в мои дела и ждет не дождется, когда я вылезу из машины.
Я знал только одно место, куда стоило бы поехать. Моя единственная
гавань, которая много раз становилась моим убежищем.
-- Паддингтон, -- сказал я. -- Пожалуйста.
-- То есть к Святой Марии? В госпиталь?
-- Нет. На вокзал.
-- Но вы же только что оттуда! -- возразил он.
-- Да, но, пожалуйста, отвезите меня обратно.
Слегка приободрившись, он развернул машину и поехал к Паддингтонскому
вокзалу, где снова заверил меня, что он ничего не видел, ничего не слышал и
ни во что не собирается вмешиваться, понятно?
Я расплатился и отпустил машину, и если и запомнил ее номер, то по
привычке.
Я всегда ношу с собой на поясе мобильный телефон, и теперь, неспешно
прогуливаясь по пустой платформе, я набрал номер человека, которому доверял
больше всех в мире, -- отца моей бывшей жены, контр-адмирала королевского
флота в отставке Чарльза Роланда, и, к моему глубокому облегчению, он под-
нял трубку после второго гудка.
-- Чарльз, -- сказал я дрогнувшим голосом.
Последовала пауза, затем он спросил:
-- Это ты, Сид?
-- Можно мне приехать?
-- Конечно. Ты где?
-- Паддингтон. Я поеду на поезде, потом возьму такси.
-- Боковая дверь не заперта, -- спокойно сказал Чарльз и положил
трубку.
Я улыбнулся. Немногословность Чарльза была так же неизменна, как и
его постоянство. Чарльз не любил проявлять чувства, он не относился ко мне
по-отечески и не был снисходителен, тем не менее я сознавал, что ему не
безразлично происходящее со мной и он предложит мне помощь, если понадобит-
ся. Как по некоторым причинам понадобилась она мне сейчас.
Поезда до Оксфорда в середине дня ходили реже, и только в четыре часа
местное такси, оставив Оксфорд далеко позади, подъехало к большому старому
дому Чарльза в Эйнсфорде и высадило меня перед боковой дверью. Я, неловко
действуя одной рукой, расплатился с водителем и с облегчением вошел в дом,
о котором думал именно как о доме, об острове среди швырявшего меня во все
стороны житейского океана.
Чарльз, по обыкновению, сидел в "кают-компании" в старом кожаном
кресле, которое мне казалось слишком жестким, но ему нравилось больше дру-
гих. Здесь стоял его письменный стол, тут же он держал коллекцию рыболовных
блесен, книги по навигации, бесценные старые пластинки с оркестровыми запи-
сями и сверкающее мрамором и сталью монументальное устройство, на котором
он их проигрывал. В этой комнате он повесил на темно-зеленых стенах большие
фотографии кораблей, которыми командовал, и фотографии поменьше -- своих
товарищей, а позднее добавил к ним фотографию, где я беру барьер на челтен-
хэмском ипподроме, -- на этом снимке был удачно схвачен миг наивысшей кон-
центрации той энергии, без которой не может быть скачек вообще. Раньше эта
фотография висела на видном месте в столовой.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Пехов Алексей - Пересмешник
Пехов Алексей
Пересмешник


Роллинс Джеймс - Амазония
Роллинс Джеймс
Амазония


Контровский Владимир - Вкрадчивый шепот Демона
Контровский Владимир
Вкрадчивый шепот Демона


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека