Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Виктор Некрасов


Первое знакомство


(Из зарубежных впечатлений)



В одно прекрасное солнечное утро, в последних числах апреля 1957 года,
трое полицейских, несших службу на набережной Сены в районе дворца Шайо,
обратили внимание на подозрительного субъекта, который, прохаживаясь вдоль
устоев моста Иена, время от времени приседал на корточки и что-то
фотографировал.
Полицейские окликнули его. Он не расслышал (или сделал вид, что не
слышит), застегнул футляр фотоаппарата и быстро, через одну ступеньку,
взбежал по каменной лестнице.
Старший из полицейских сделал знак своим товарищам и устремился за ним.
Только у входа на мост ему удалось задержать незнакомца.
Последовал диалог:
- Почему вы не откликаетесь, когда вас зовут?
- Как?
Полицейский повторил свой вопрос.
- Я не расслышал, - ответил незнакомец на плохом французском языке.
- Но я достаточно громко крикнул.
- Я не расслышал, - повторил незнакомец.
- Вы иностранец?
- Да.
- Ваш документ.
Незнакомец полез в боковой карман. К этому времени подошли двое других
полицейских. Начало не предвещало ничего хорошего. В руках полицейских
болтались дубинки, взгляд их был строг и неумолим. Прохожие стали
оборачиваться.
Но, увы, любителей поглазеть на уличные происшествия вскоре постигло
разочарование. Подозрительному субъекту не скрутили за спину руки, не
надели на них наручников, не отвезли его в черной машине в полицию, в
вечерних газетах не появилось ни одной заметки о поимке шпиона.
Все кончилось идиллией. Трое полицейских, расправив плечи, выстроились
в ряд, а иностранец, отойдя на несколько шагов, запечатлел их на пленке
своей "экзакты".
В тот же вечер иностранец был уже в Москве, а еще через несколько дней
показывал друзьям и знакомым свеженапечатанную фотографию троих парижских
"ажанов" на фоне Эйфелевой башни.
Вся эта столь многообещающе начавшаяся история произошла со мной весной
прошлого года в Париже, за два часа до вылета самолета на Прагу, - иными
словами, как раз в тот момент, когда меньше всего хочется быть задержанным
полицией. История, как уже знает читатель, закончилась весьма мирно, но
начать свой рассказ я решил именно с нее. Во-первых, чего греха таить,
хочется сразу же заинтересовать читателя, столкнув его с полицейскими, да
еще парижскими, да еще кого-то задерживающими; во-вторых, очень уж не
хочется начинать с традиционного самолета, отрывающегося от взлетной
дорожки Внуковского аэродрома; и в-третьих, наконец, потому, что столь
миролюбивым окончанием этого происшествия я обязан в первую очередь
маленькой книжечке с золотым гербом на обложке.
Книжечка эта, тоненькая и, кстати, вовсе не красная, а синяя,
действительно обладала какой-то магической силой. (И хотя об этом писалось
и говорилось бесчисленное количество раз, я совершенно сознательно иду на
риск быть обвиненным в повторении уже известных истин.) В Италии она
открывала нам двери закрытых музеев, раза в два убыстряла и без того
быстрое обслуживание в тратториях, рождала улыбки на обычно хмурых лицах
привратниц и швейцаров - самой, пожалуй, неприветливой и подозрительной
категории людей, с которыми нам приходилось встречаться.
И только однажды (объективности ради надо и об этом сказать) в
маленьком, прилепившемся среди скал домике каприйского извозчика Винченцо
Вердолива паспорт мой потерял свою силу. Впрочем, как потом оказалось,
дело было не в нем, а во мне самом. Я не понравился хозяйке дома. С первой
же минуты она как-то подозрительно стала присматриваться ко мне. Когда же
я, разместив все семейство (отца, сына, дочь, зятя, невестку и
многочисленное черномазое их потомство) на ступеньках крыльца, приготовил
свой аппарат и пригласил хозяйку занять свое место в центре группы, она
наотрез отказалась. И вот тут-то даже торжественно вытащенный из кармана
паспорт не возымел своего обычного действия. "Нет и нет... Ни за что..."
Только потом уже, прощаясь, милый, старый, словоохотливый Винченцо,
смущаясь и не глядя в глаза, раскрыл мне тайну. Жена приняла меня за
"еттаторе". Я понял: тут ничего уже не поделаешь. "Еттаторе" - это человек
с дурным глазом, человек, приносящий несчастье, с ним ни при каких



обстоятельствах нельзя иметь никакого дела. "Ну, что с ней поделаешь?
Уперлась, и все..."
Впрочем, как потом выяснилось, супруга нашего милого Винченцо,
отказавшись фотографироваться, ничего не потеряла; аппарат мой в тот день
испортился, и все тридцать шесть снимков я снял на один кадр. Уж не сама
ли старуха была "еттаторе"?
Но вернемся на набережную Сены, где трое полицейских с нескрываемым
любопытством изучали мой паспорт - щупали позолоту, герб, разглядывали
фотографию. Наконец старший из них, немолодой уже и весь какой-то очень
добротный в своем синем, аккуратно сидящем на нем мундире, вернул мне его
назад.
- Красивый, - любезно сказал он и одновременно профессиональным
взглядом оглядел меня с ног до головы. - Из Москвы?
- Нет, из Киева!
- Из Киева? О! Красивый, говорят, город.
- Красивый.
- Красивее Парижа?
- Ну, как вам сказать... Я слишком мало пробыл в Париже. Всего лишь
сутки.
- Сутки? Это никуда не годится. Париж - и сутки! Да в Париже...
Лед был сломан. Вежливо сдержанных полицейских сменили веселые,
словоохотливые, любезные парижане.
- Чем вы занимаетесь в Киеве?
- Пишу.
- Что?
- Разное.
- Вы писатель?
- Писатель.
- И пишете на русском языке?
- На русском. - И тут же я непроизвольно похвастался, что моя повесть
совсем недавно переведена на французский язык.
Все трое вытащили записные книжки и убедительнейшим образом заверили,
что обязательно найдут и прочтут ее.
Вот уж никогда не приходило мне в голову, что написанное мною будет
читать парижский полицейский. Придет домой, снимет свою пелеринку и,
растянувшись на диване, начнет листать книгу о судьбе вернувшегося с
фронта, тобой придуманного героя. Забавно...
К тому же полицейский, приятно улыбнувшись, вдруг сказал:
- Русская литература... О-о! Толстой, Достоевский...
Я взглянул на его круглое, в общем довольно интеллигентное лицо.
- Вы читали?
- А как же... И в кино смотрел. Сейчас на всех экранах идет "Война и
мир". Превосходный фильм!
Тут я вспомнил, что Жерар Филип знаком парижанам не только по
Фанфан-Тюльпану и Жюльену Сорелю, но и по князю Мышкину из "Идиота", что
знаменитая Мария Шелл - об этом писали сейчас все журналы и газеты -
снимается в "Братьях Карамазовых", и, чтоб не разочаровываться в
дальнейшем, поспешил переменить тему.
- Вы курите? - Я вытащил из кармана пачку "Беломора", припасенную
специально для таких случаев.
Три осторожно вынутые папиросы перекочевали в боковые карманы
темно-синих мундиров.
- Это на вечер, после ужина, - улыбнулся самый молодой из троих и со
слегка извиняющейся интонацией добавил: - Нам не разрешается курить во
время исполнения служебных обязанностей.
Весь этот не слишком сложный разговор велся, само собой разумеется, на
французском языке. Говорил я, правда, преотвратительно, оперируя
преимущественно существительными и глаголами в неопределенном наклонении,
и все же меня похвалили (французы остаются французами) - похвалили за
произношение.
- У нас тут русские живут по сорок лет, а говорят куда хуже, чем вы.
Другой добавил:
- Гарантирую - три месяца в Париже, и вы будете говорить не хуже нас.
Я был польщен. Как-никак похвалили. И не кто-нибудь, а настоящие
парижане.
Мы поговорили еще несколько минут о московской милиции ("правда ли, что
туда берут самых здоровых ребят? А мы подошли бы?"). Потом я
сфотографировал всех троих, а на прощание не вытерпел и спросил:
- А почему вы все-таки меня задержали? Разве нельзя фотографировать
Эйфелеву башню?
- Почему нельзя? Можно. У нас все можно снимать.
- Почему же тогда задержали?
Старший несколько смутился.
- Видите ли, мы вообще задерживаем всех подозрительных.
- ??


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Шидловский Дмитрий - Ритер
Шидловский Дмитрий
Ритер


Прозоров Александр - Испанский поход
Прозоров Александр
Испанский поход


Махров Алексей - Господин из завтра
Махров Алексей
Господин из завтра


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека