Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:


АВТОРСКИЕ ПРАВА
Использовать только для ознакомления. Любое коммерческое использование категорически запрещается. По вопросам приобретения прав на распространение, приобретение или коммерческое использование книг обращаться к авторам или издательствам.
скачать книгу I на страницу автора


Михаил Веллер


Разбиватель сердец


Новый сборник рассказов Михаила Веллера (р. 1948) отличается
беллетристичностью, остротой сюжетов, юмором. Автор прибегает к
фантастике и гротеску, в необычайных обстоятельствах оказываются
его герои: золотоискатель и писатель, уменьшающийся до размеров
муравья губернатор и... кентавр. Действие происходит в сибирской
тайге, Бразилии и оккупированной фашистами Франции. Извечным
проблемам любви посвящен рассказ, давший название сборнику.

- 1 -

Гуру
- Бесконечная мера вашего невежества - даже не забавна...
Такова была первая фраза, которую я от него услышал, - подножка
моей судьбе, отклоненной им с предусмотренного пути.
Но - к черту интимные подробности.
Я всем ему обязан. Всем.
Теперь не узнать, кем он был на самом деле. Он любил
мистифицировать. Весьма.
Я приходил с бутылкой портвейна и куском колбасы, или батоном, или
пачкой пельменей, или блоком сигарет в его конуру.И прежде, чем палец
касался дверного звонка, из самоувернного, удачливого, хорошо одетого,
образованного молодого человека превращался в того, кем был на самом
деле - в щенка. Он был - мастер и мэтр, презревший ремесло с горных
высот познания. Он был мудрец; я - суетливый и тщеславный сопляк.
Он презирал порядок, одежду, репутацию и вообще людское мнение,
презирал деньги - но кичливую нищету презирал еще больше. Добродетель и
зло не существовали для него: он был из касты охотников за истиной.Не
интересуясь фарсом заоконнных новостей, он промывал ее крупицы, как
золотоискатель в лотке.
Золотой песок своих истин он расшвыривал горстями равнодушного
сеятеля направо и налево, рассчитываясь им за все.
Эта валюта имеет ограниченное хождение. Его жизнь можно было бы
назвать историей борьбы, если б это не была история избиений. Изломанный
и твердый, он напоминал саксаул.
Он распахивал дверь, и его дальнозоркие выцветшие глазки щурились с
отвагой и презрением на меня и сквозь - на внешний мир. Презрение
уравновешивало чашу весов его мировоззрения: на другой покоилась
отвергнутая миром любовь. Я понял это позже, чем следовало.
Он принимал мои дары, как хозяин берет покупки у посланного в
магазин соседского мальчишки, когда домработница больна. Каждый раз я
боялся, что он даст мне на чай, - я не знал, как повести себя в таком
случае.
Пижоня старческой брюзгливостью, он молча тыкал пальцем в вешалку,
после - в дверь своей комнаты: я получал приглашение.
В комнате он так же тыкал в допотопный буфет и в кресло: я доставал
стаканы и садился.
Он выпивал стакан залпом, закуривал, и в бесформенной массе
старческого лица проступали, позволяя угадывать себя, черты - жесткие и
несчастные. Он был из тех, кто идет до конца во всем. А поскольку все в
жизни, живое, постоянно меняется, то в конце концов он в своем
неотклонимом движениии заходил слишком далеко и оказывался в пустоте. Но
в этой пустоте он обладал большим, чем те, кто чутко седует колебаниям
действительности. Он оставался ни с чем - но с самой сутью
действительности, захваченной и законсервированной его едким сознанием;
и ничто уже не могло в его сознании эту суть исказить.
- Мальчик, - так начиналон всегда свои речи, - мальчик, - вкрадчиво
говорил он, и поколебленный его голосом воздух прогибался, как мембрана,
которая сейчас лопнет под неотвратимым и мощным напором
сконцентрированных внутри него мыслей, стремительно расширяющихся,
превращаясь в слова, как превращающийся газ порох выбивает из ствола
снаряд и тугим круглым ударом расшибает воздух.
- Мальчик, - зло и оживленно каркал он, и втыкал в меня два своих
глаза ощутимо, как два пальца, - не доводилось ли тебе почитывать такого

- 2 -

мериканского письменника, которого звали Эдгар Аллан По? Случайно,
может?


Я отвечал утвердительно - не боясь подвоха, но будучи в нем уверен
и зная, что все равно окажусь в луже, из которой меня приподнимут за
шиворот, чтобы плюхнуть вновь.
- Так вот, мальчик, - продолжал он, и по едва заметному жесту я
угадывал, что надо налить еще. Он выпивал, вставал, - и больше не
удостаивал меня взглядом в продолжение этих слов. Я был - внешний мир. Я
был - контактная пластина этого мира. К миру он обращался, не больше и
не меньше.
- Все беды от невежества, - говорил он. - А невежество - из
неуважения к своему уму. Из счастья быть бараном в стаде.
Невежество. Нечестность. Глупость. подчиненность. Трусость. Вот
пять вещей, каждая из которых способна уничтожить творчество. Честность,
ум, знание, независимомть и храбрость - вот что тебе необходимо развить
в себе до идеальной степени, если ты хочешь писать, мальчик. Те, кого
чествуют современники, - не писатели. Писатель - это Эдгар Аллан По,
мальчик, - и он клал руку на корешок книги с таким выражением, как если
б это было плечо мистера Э.А.По. Он актерствовал, - но, прокручивая
потом в голове эти беседы, я не находил в его актерстве отклонений от
нормы. Может, мы актерствуем каждый раз, когда отклоняемся от
естественности порыва?
- О честности, - говорил он, и голос его садился и сипел стершейся
иглой, не способной выдержать накал исходящей эгнергии, - энергии,
замешанной на познании, страдании, злости. - Ты обязан отдавать себе
абсолютный отчет во всех мотивах своих поступков. В своих истинных
чувствах. Не бойся казаться себе чудовищем, - бойся быть им, не зная
этого. И не думай, что другие лучше тебя. Они такие же! Не обольщайся -
и не обижайся.
Тогда ты п_о_й_м_е_ш_ь, что в каждом человеке есть все. Все чувства
и мотивы, и свяость и зодейство.
Это все - хрестоматийные прописи. Ты невежествен, - и я не виню
тебя в этом. Ты должен был знать это все в семнадцать лет, хотя понять
тогда этого еще не мог бы. Но тебе двадцать четыре! Что ты делал в своем
университете, на своем филфаке, скудоумный графоман?! - И его палец
расстреливал мою переносицу. Я вжимался в спинку кресла и потел.
- Без честности - нет знаний. Нечестный - закрывает глаза на
половину в жизни.
Наши чувства, наша система познания, восприятия действительности -
как хитрофокусное стекло, сквозь которое можно видеть невидимую иначе
картину мира. Но есть только одна точка, из которой эта картина видится
неискаженной, в гармоничном равновесии всех частей - это точка истины.
Точка прозрания в абсолютной честности, вне нужд и оценок.
Не бойся морали. Бойся искажения картины. Ибо при малейшем
отконении от точки истины - ты видишь - и передаешь - не трехмерную
картину мира, а лишь ее двумерное - и хоть каплю, да искаженное -
отображение на этом стекле, искусственном экране невежественного и
услужливого человеческого мозга. Эпоха и общество меняют свой угол
зрения - и твое изображение уже не похоже на то, что когда-то казалось
им правдой. А трехмерность, истина, - то и дело не совпадают с тем, что
принято видеть, - но всегда остаются; колебания общего зрения не
задевают их, они же корректируют эти колебания.
Поэтому никогда не общайся с людьми, которые вопрошают: "А зачем
тебе это писать?" - подразумевая, что писать надо в некой
сбалансированной разумом пропорции, преследуя некие известные им цели.

- 3 -

Такие люди неумны, нечестны и невежественны. Что ты знаешь о биополях? А
о пране? О йоге? Не разряжай своей энергии, своей жизненной силы в
никуда, контактируя с пустоцветом и идиотами.
Искусство, мальчик, - он пьянел, отмякал, отрешался, - искусство -
это познание мира, вот и все. Что с того, что во многой мудрости много
печали. ЧТо, и Экклезиаста не читал? Серый штурмовичок... крысенок на
пароходе современности... Духовный опыт человечества - вот что такое
искусство. Анализ и одновременно учебник рода человеческого. Это тот
оселок, на котором человечество оформляет и оттачивает свои чувства -
все! Весь диапазон! На котором человечество правит свою душу. Вся черная
грязь и все сияющее благоухание - удел искусства - как и удел
человечества. Познание - удел человечества. Счастье? Счастье и познание
- синонимы, мальчик, слушай меня. Это все банально, но ты запоминай,
юный невежда. Ты молод, душа твоя глупа и неразвита, хотя и
чувствтельна, - ты не поймешь меня. Поймешь потом.
Я пил вино и пьянел Он попеременно казался мне то мудрецом, то
пустым фразером. Логика моего восприятия рвалась, не в силах подхватить
стремительную струю крепчайшей эссенции, как мне казалось, его мыслей.


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: [1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Володихин Дмитрий - Сэр Забияка в Волшебной стране
Володихин Дмитрий
Сэр Забияка в Волшебной стране


Володихин Дмитрий - Плацдарм
Володихин Дмитрий
Плацдарм


Елманов Валерий - Последний Рюрикович
Елманов Валерий
Последний Рюрикович


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека