Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
—Хватит, а? Ты пациентов своих на орбите также достаешь?
— Когда надо — достаю. Чтобы злее были.
— А что с этой злости толку-то? Ты пойми — я же в пресс-отдел случайно попал. За внешние, ети их мать, данные, Ежели б мне не спину, а физию эскулапы располосовали — тянул бы лямку в охране какой. Вот и порекомендовали ребята — за рожу и более-менее подвешенный язык. Но рожи-то мало! Это, извини, хабаровским барышням наплести можно с три короба — они и счастливы. И млеют, описывая взлетающий стремительным домкратомракетоноситель.—Оба хмыкнули, бабенция-официантка зыркнула от соседнего столика с некоторым разочарованием — все вы, мол, мужики, кобеля и сволочи. Однако осаду столика не сняла. — А тут что? Яростно опровергать? Тут сам-то придурком себя ощущаешь — а независимая, мать ее, западная пресса еще и как по команде поддакнет… в этом смысле. Там нюансик, тут нюансик… Читаешь и ощущаешь себя выставленным на посмешище идиотом. Может, и в самом деле в охрану податься? Сутки через трое, пекаль на боку, водовка под батареей, и главное — почти никакой ответственности. Только держать и не пущать…
— Во! Это-то тебе и надо.
— В охрану? — Филонов глянул исподлобья, с подозрением.
— Идиотами их показать и на посмешище выставить. — Абрамов задумчиво звенел ложечкой в чашке. — Ты в КВН не играл случайно? В курсантах?
— Не. Там в основном харьковчане звездовали, из летчиков.
— Жалко. Тут, я тебе как психолог скажу, единственный вариант — их самих обстебать. Авторов этой байки, в смысле. Прошерсти свою команду, найди какого-нибудь кавээнщика, старой школы желательно… или бабу злоязыкую, которую ее коллеги того же пола за подколки терпеть не могут. Пусть образ какой-нибудь найдут для ситуации, побредовее да посмешнее. Что такое «мем», знаешь?
— Угу.
— Вот и придумай. Если сможешь. Отштукатуренная тетка снова подошла сменить пепелку, навалилась буферами на плечо красавца-мужчины. Тот стоически терпел. К счастью, процесс смены пепельницы затянуть дольше чем на тридцать секунд трудно. Но как показывает практика — отнюдь не невозможно. Так что время обдумать предложение — не столь уж оригинальное, но, в общем, толковое — у Филонова было.
— Мысль понял. Будем искать. Всех своих обоих кадров порасспрошаю. Вдруг да и правда… Ч-черт, как же не вовремя…
— Это тебе не вовремя. А кому-то — как раз. Ты историю с пистолетом года так третьего-пятого не помнишь?
— Помню. Но явно не ту, о которой ты говоришь, — я как раз в полк пришел, и тут же у нашего начштаба пушку увели.
— Естественно, не ту. Так вот. Тогда с деньгами у нас было не шибко кучеряво — как, впрочем, и сейчас. И в аварийном комплекте «Союза», для выживания экипажа при нештатной посадке в тайге ли, в джунглях, ружье-трехстволку специальное заменили на обычный пистолет, макаровский. То ли трехстволки расстреляли на тренировках, а на новые денег не хватило. То ли спецпатроны к ним по тому же безденежью прекратили выпускать — не помню уже. Короче, положили в НАЗ[26]«макарку»» — и давай летать. Только нашелся в Штатах аналитик один — Оберт, по-моему, фамилия, мир его праху. И начал бухтеть — русские-де злостно нарушают договор о неразмещении боевого оружия в космосе. Потому как пистолет-то хоть и хреновенький, но боевой. Все газеты обошел со своей мулькой, весь Интернет загадил.
— Бред какой-то. Толку с этой пукалки…
— Во-во. Мы то же самое думали. Бред и бред. И не реагировали. А потом — бац — в девятом уже, Маккейн официально продавил через конгресс резолюцию о том, что мы этот уговор, дескать, все одно уже долго и злостно нарушаем, и под эту сурдинку стартовал программу «Высоких рубежей». Так-то.
— О как. Не знал. Теперь понятно, почему Калита ярится.
— Да вряд ли с этого. Но имей в виду — что-то тут не так. Хрен их знает, зачем они эту ерунду с реактором вытащили, но то, что вытащили, причем целенаправленно, — я лично уверен. Уж больно резко и больно сразу.
— Да, Абрам. Умеешь ты успокоить.
— Ну а что делать. Просто чую я своейфиксациейчто-то нехорошее.
17:00мск
Луна, Океан Бурь
База «Аристарх»
Маленький луноходик, казалось, состоял только из колес — числом шесть, ну плюс еще штанга с телекамерой. Даже зонтик антенны для связи с Землей отсутствовал — управлять им можно было только через радиокомплекс станции. Солнечных панелей тоже не наблюдалось, электричество вырабатывали изотопные таблетки, скрытые в конусах тех самых колес. Они же грели аппаратуру, потому длинной холодной лунной ночью цены аппарату не было.
Еще один осколок Советского Союза — разрабатывались такие машинки в восьмидесятых, для Марса, а поработать им довелось в Чернобыле, растаскивая с крыш куски выброшенного реактором топлива. И вот сейчас наконец машинка дорвалась до своего, в прямом смысле слова, звездного часа.
Медленно, метров пятьсот в час, аппаратик под чутким контролем доктора Тоцци катился вдоль кабеля, проложенного от станции до небольшого кратера в стороне. Управление немного напоминало компьютерную игру: тырк «мышкой» в экран — и луноход ползет к нужной точке, а ты тем временем веди себе объективом вдоль блестючей змеи. Долгое занятие. И тупое.
Правильно было бы поручить это дело компу — не дубовому луноходному, так хоть станционному, — но программа поиска пути все никак не желала работать надежно, и русские решили проблемув своей простой, но муторной манере — скинули неприятную работу на экипаж. Пьетро это бесило. Все-таки русские немного варвары — ценность человеческого времени, особенно времени такого квалифицированного специалиста, как он — да и его командир, и другие астронавты и космонавты, — казалось, ими во внимание не принималась. А командир, хоть и ворчал, принимал такую тупую работу как что-то само собой разумеющееся — даже грунт в приемный бункер «Вероны» закидывал лопатой со своими вечными милитаристскими шутками.
Пьетро выбрал очередной вэйпойнт и задумался. Почему у них все всегда так? Не подготовив ничего как следует, не обеспечив ночное энергоснабжение, отправить людей, вынужденных заниматься глупой работой в отвратительных — всего плюс двенадцать градусов — условиях, вместо того чтобы подождать еще немного, отладить программы…Да еще и эти слухи, что не реактор они запустили, а чуть ли не боеголовку. В это Пьетро особо не верил, но кто их, этих русских, знает. Хотя заставил же его командир зачем-то кабель до отведенного под размещение этого самого реактора кратера проверять?
И все равно. С американцами работать, наверное, намного приятнее. Хотя они тоже не подарок. Но у них хотя бы большее значение придается комфорту. Пьетро вздохнул. Ну,что делать, если он понадобился не американцам, а именно русским? В любом случае он увидел Луну, а худшие страхи матери, провожавшей его в аэропорт чуть ли не со слезами, пока не оправдались. Да, русские, особенно командир, немного грубоваты — за исключением похожей на его школьную учительницу математики синьоры Шибановой, она-то как раз очень вежливая и спокойная дама, к тому же весьма симпатичная, — но это вполне приемлемая цена за такую экскурсию.
Командир в шлюзе увлеченно работал отверткой — не электрической, обычной ручной. Он-то воспринимал все как должное. Русские всегда готовы идти на жертвы. Ради чего? В данном случае — особенно? Русскую экономику эта станция не поднимает, скорее наоборот, выкачивает из нее средства. Наука? Для науки орбитальные телескопы, автоматические станции, да те же луноходы — нормальные, умные луноходы, а не это тупое чудо — значительно полезнее. Остается престиж. Наверное, русским очень важно, чтобыих считали ровней тем же американцам. Смысла в этом итальянец не видел. Америка, хотя и сдала позиции в последние десять лет, все еще превосходила русских раз в пять. И достигала тех целей, для которых русским приходилось выкладываться на все двести процентов, играючи и не особо напрягаясь. Надо будет спросить Сергея об этом. Итальянец кликнул по следующему вэйпойнту.
— Шабаш! — Пьетро оглянулся. Третьяков стоял за спиной, подбрасывая отвертку. Та успевала крутануться в воздухе раз пять, прежде чем широкая ладонь русского плотно и четко подхватывала ее на лету. Вообще подбрасывать разные разности на Луне было здорово — несколько первых суток после прибытия на базу они жонглировали всем, что попадало под руку, — от антоновок из продуктового набора до гаечных ключей и тех же отверток. Пьетро остановился на двенадцати яблоках, а больше не вышло — с каждым днем яблок становилось на два меньше, пока не слопали все. А следующая порция ожидалась только днем, через две недели по земному счету.
— Устал?
— Не очень. Точнее сказать, совсем не устал, просто все очень монотонно.
— Это точно, — командир ухнул спиной в гамак, в движении закинув отвертку в ящик, — дурной работы у нас завались. Но ты молодец — сколько ты уже проверил? Метров пятьсот?
— Шестьсот… тридцать. Еще триста метров осталось. Я думаю, за сегодня все закончу.
— Прервись на час. А то внимание притупляется. И какого черта они до сих пор программу для этого катафалка не отладили? Надоело уже, в самом-то деле.
Пьетро немного опешил — настолько его мысли совпали с мыслями Сергея.
— Вообще-то я слышал, — похоже, появился шанс немного потрепать языками, — что такие программы уже давно есть. И даже на боевых роботах…
— Угу, есть. Только не про нашу честь.
— Это поговорка?
— Она самая, — Третьяков потянулся за термосом, — означает то, что где-то есть что-то хорошее, но тебе это самое что-то хорошее не дают. По тем или иным причинам.
— А по каким?
— Об этом поговорка умалчивает. Может быть, просто-напросто денег не хватило, как это у нас обычно и случается.
— Странно. По-моему, нормальный компьютер для такой маленькой машины намного дешевле, чем все это. — Пьетро обвел рукой станцию, но подразумевал он, ясное дело, и всю базу, и даже орбитальную станцию, находившуюся сейчас где-то над невидимым-с Земли полушарием. — Вы потратили массу денег… А в результате из-за таких мелочей используете все эти деньги не так эффективно, как могли бы.
— Наша старая беда, — Сергей скривился, — главное делаем, а про мелочи либо забываем, либо руки не доходят. Видимо, просто сил не хватает. Нас же мало, Пьетро, а последевяностых стало еще меньше.
— Вас — это русских?
— И русских тоже. Но я про тех, кто умеет делать что-то такое… необычное. Сложное. Программы, компьютеры, самолеты… космические корабли, наконец. И летать на них. Знаешь, сколько народу ушло из космоса в торговлю?
— Наверное, много. Но ведь у вас до того, при коммунизме, был голод?
— Да не то чтобы голод… Скорее бардак. Беспорядок. Несогласованность. В магазинах ничего не было — но в холодильниках, в смысле — у людей, в семьях, было все.
— Вы странные.
— Странные, да. Рвемся к великим свершениям — а на мелочи времени и сил не хватает. Что тогда, что сейчас.
— Так может быть, заняться сначала мелочами? Я не предлагаю отказаться от космоса, — быстро-быстро поправился Пьетро, увидев напрягшиеся желваки на лице Сергея, — просто… идти маленькими шажками, постепенно…
— Пробовали, — тон Третьякова не изменился, то ли он совладал с собой, то ли действительно воспринял предложение как должное, возможно, и сам об этом думал, — не получилось. Я же конец Союза хорошо помню. Думали — вот, покончим с коммунизмом, разоружимся… Заводы-пароходы «эффективным частным собственникам» раздадим… Космос до кучи свернули, с «Бураном», с «Энергией»… А жить лучше не стали. Кое-кто, конечно, обогатился, даже много таких — я не про абрамовичей всяких, я про тех, кто машину хорошую купил, в Турцию-Египет катается летом. Или на Канары. Но большинству-то хуже стало. Причем как раз тому большинству, которое что-то новое делает, интересное. Оттокаря до академика.
— Но ведь у вас не было свободы?
— Может, и не было. Но знаешь — как-то не чувствовалось. Зато и другого не было, много чего. Войн этих… Впрочем — не хочу я про политику. Про нее лучше под водку беседовать, помнишь?
— Конечно.
— Просто — отец рассказывал. В пятьдесят седьмом, как спутник запустили, в шестьдесят первом, как Гагарин полетел, — жили все лучше и лучше. Потом, когда лунную программу прикрыли, — как запнулись. Стали потихоньку в болото погружаться. А после этого — и страна, и космос одновременно накрылись. Такая безнадега…
— Безнадега — это значит без надежды. Мне когда предложили заявление в Отряд подать, в десятом, — я даже не поверил сразу. Кризис тогда был.
— Я помню. У меня тогда тоже проблемы были — пришлось тему работ сменить. Правда, теперь не жалею. Если бы не сменил — я бы сюда крен попал. Я правильно говорю? Крен?
Сергей выпучил глаза, пытаясь понять, при чем здесь крен, потом вспомнил, что с главной русской народной буквой у итальянца проблемы, усмехнулся.
— Правильно. Есть еще варианты — но и «хрен» вполне подойдет. Так вот, не знаю, что тут первично — то ли если страна в порядке, то и в космосе все хорошо, то ли наоборот — люди видят, что кто-то большое дело делает, и у них тоже все как-то веселее получается… В общем, что тут курица, что яйцо — не разберешь сразу. Но связь прямая. По крайней мере, у нас. Есть космос — все хорошо. Нету — пиши пропало.
— Я тебя понимаю — но все равно мне как-то странно. У нас все по-другому. Каждый делает свое маленькое дело, а на такие… глобальные вещи смотрят, как на спорт. Как на футбол. Главное — чтобы у тебя, у твоей семьи все было в достатке. А из этих маленьких достатков складывается один большой. Но вы, наверное, действительно другие.
— Не знаю. Нам, знаешь ли, тоже достаток в семье важен. Но вот только не получается этого достатка без больших дел, хоть ты тресни… А, так вот, про десятый год. Кризис,жуть. Приезжаю я, уже с первичной комиссии, обратно в Буденновск, даже не радостный — а пораженный. Удивленный. Я уже и забыть успел, что в детстве, как и многие пацаны, мечтал в космос полететь. Ребята встречают — как, что… Ну, я сказал.
Ты представляешь — мой комэск чуть из пистолета в небеса палить не начал, типа салют. Еле остановили. А ведь трезвый был. Потом, конечно, та-акую гулянку учинили… Без драки, — успокоил Сергей Пьетро, — драка — она вовсе не обязательна.
— И что? — Итальянцу было интересно. Все его знакомство с Россией ограничивалось сначала русским геохимическим институтом, потом Звездным и Байконуром. Это все-таки не самая типичная часть страны.
— И ничего. Написал рапорт, уехали в Звездный, всей семьей. Потом переписывался с ребятами — и знаешь, как-то вот с этого самого момента у тех, кто в полку остался, даи у других, у родителей… у тещи… В общем, у всех дела пошли… ну, не то чтобы совсем блестяще, а… нормально. И вот не знаю — выкарабкались бы мы тогда, если бы снова в космос не полезли, или так и катились бы потихоньку по наклонной…
— Кстати, Сергей, — я вот что заметил. «Нормально» — это же значит «ничего особенного, как оно и должно быть». А у вас, в России, «нормально» — это вроде бы что-то выдающееся, это значит «очень хорошо».
— Видимо, это потому, что это самое «как и должно быть» у нас слишком редко бывает. — Сергей погрустнел. — Вот если бы программа этого чертова лунохода работала нормально — ты бы обрадовался?
— Конечно.
— Или если бы температура на станции была плюс двадцать, а не как сейчас?
— О, тогда бы вообще желать было нечего. Но все-таки — мы же здесь в особых условиях. Это же Луна, а не обычная жизнь?!
— А у нас в России, понимаешь, вся жизнь — особые условия. Так уж сложилось. Потому, видимо, и нормальность мы ценим, как дар божий, и лезем сюда, в космос, как скаженные, именно поэтому — разница все равно не столь уж и велика… Ладно, заговорились. — Третьяков встал, снова наполнил термос, поставил на столик. Достал из зажима все ту же отвертку, хлопнул по карману, откуда выглядывали щупы тестера. — Работать пора. Мне винты крутить, а тебе кабель к площадке допроверить.
— Хорошо, Сергей, — Пьетро повернулся к консоли, — а знаешь, я очень рад, что ты мне поручил чек кабеля.


— Это почему? Если скажешь, что тебе приятно этой мутью заниматься, — ни за что не поверю.
— Это просто к утреннему разговору. Я проверяю кабель — и знаю, что делаю это, потому что это для реактора, потому что реактор все-таки прилетит. И что все эти разговоры про бомбу — действительно бред. И что следующей ночью здесь будетнормально.
Сергей улыбнулся — и немедленно скользнул в шлюз, чтобы не расхохотаться во весь голос. Ну да — все действительно нормально. И будет нормально. Как и должно быть.
ДЕНЬ 4
29.08.2020
10:00мск
Окололунная орбита
ЛОС «Селена»
— Все, Настя. Плохие дела.
— Что-то случилось, Боб?
— Льда нет. Помнишь, Мэтт неделю назад закончил бурение? Никаких следов. Прошли двадцать метров. Надеялись на гидраты, в Хьюстоне проанализировали колонку, построили модель. Сейчас пришли результаты. Официальные, из НАСА. Воды нет и не было. Ни в какой форме.
— Идиты… АЛЭНД?
Кэбот тяжело вздохнул, пожал плечами. Присел за стол и зафиксировался. У него был ужин, у нее — завтрак. Американец вытянул тубу с традиционным соком, отпил пару глотков
— Я не геолог. Можешь спросить у самого Альвареза. Может быть, умники что-то напутали. Может быть, лунная порода дает такой эффект. Не знаю. Но ни в одном месте, где ЛЭНД показывал возможное наличие воды, ее нет.
— И что теперь?
— Теперь — все. Это была последняя надежда. Самое яркое пятно.
— И все так плохо?
— Очень плохо. Боюсь, программу прикроют. Понимаешь, когда Дабья[27]объявил о возвращении на Луну, яйцеголовые клялись и божились, что лед на полюсах Луны есть. Думали найти его прямо на поверхности. Потом, когда его там не оказалось, — оставалась надежда, что он есть под слоем пыли. Или вода в гидратах. Но Луна оказалась слишком мертвой. И программа тоже умрет. — Кэбот сжал тубу с соком, как будто решил выдавить из нее всю влагу, всю до последнего грамма, лишь бы на Луне появилась хоть капля воды.
— Почему? Не нашли воду — зато теперь вы знаете Луну лучше всех. Первая посадка — ваша, вторая первая — тоже ваша. Обратная сторона, оба полюса, первая лунная ночь…Сколько точек вы посетили?
— С «Аполло» — двенадцать. А что толку? Луна везде одинакова. Луна мертва. Луна не приносит денег. Только жрет. По пять миллиардов за полет. По одному авианосцу с полным крылом в год. Вы оказались хитрее — ваши ракеты меньше, но вы используете их не только для Луны. А «Арес»[28]слишком здоровый. Под него просто нет нагрузок…
— А как же Юпитер? Мы бы послать такую зверюгу так далеко просто не смогли. Самая тяжелая АМС[29]в мире. Рекорд! Или на Марс можно. Даже с людьми.
— Это здорово, это интересно. Я хотел бы слетать туда сам… Но это тоже расходы. Еще три круглых за один пуск. Только за пуск, не считая начинки. А с начинкой — все семь или восемь. Конгресс чуть не удавился, когда утверждал автомат к спутникам Юпитера. А уж людей на Марс… — Кэбот махнул рукой с выжатой досуха тубой. — Без шансов. Ас Луной совсем плохо. Мы-то рассчитывали, что Луна станет заправкой, понимаешь? Есть лед — есть топливо. Можно лететь дальше. А сейчас это просто тупик.
— Хм. Можно добывать хотя бы кислород. Пять шестых топлива, если по весу. Для водорода. Ну или пять седьмых — для керосина или метана, как на новой «Козявке» будет. Пьетро уже накачал фунтов двадцать. Года через два счет пойдет на тонны, через пять — на десятки тонн. — Она забросила в рот огурец, захрустела.
— Для этого нужна база, как у вас. Постоянная база. У нас есть проект, даже макеты модулей, но… Мы опаздываем. Добывать кислород из грунта намного сложнее. А вы уже прошли полпути. Вон, даже химика привезли.
— Так в чем же дело? Я была в вашем модуле, точнее, в макете. В прошлом году. Наш по сравнению с вашим — лачуга. А у вас хоромы! По крайней мере, ребята бы от таких не отказались. Спать можно не в гамаках, а как нормальные, — она чуть не сказала «белые», — люди. А ваш луноход… У нас-то пока только тележки, чуть получше ваших первых роверов…
— Деньги и время, Настя. Деньги и время. Вы сделали что-то простое и маленькое — и успели. А мы стали делать, как ты говоришь, хоромы — и опоздали. Это как «Салют» со «Скайлэбом». Наша станция была больше и лучше, но мы забросили нашу программу — слишком дорого. А вы продолжали развиваться и в конце концов дошли до «Мира». Нам пришлось догонять. А сейчас избиратель потерял интерес к Луне. Та же история, что и с «Сатурном», — «Арес» слишком крут и слишком дорог для постоянных полетов. Нужно что-то лишь чуть-чуть больше, чем у вас.
— Ну да, «мой джип должен быть больше, чем джип соседа». Нет, Боб, — она отвела поднятую было для протеста руку, — я понимаю, что ваш «Орион» тяжелее. Но какие проблемы? Договоритесь и летайте с нами, пока клепаете этот свой… «Хаммер». Мы можем дешево… сравнительно дешево возить людей. Французы вон припасы доставляют. Итальянцы кислород добывают. А уж кто только не засветился в разных мелочах… А вы — вы можете таскать такие грузы, которые нам, да и всем остальным, просто не поднять. Те же модули базы, например. А уж какой танкер вы сможете отгрохать для многоразовых лунников… На год хватит, особенно с местным кислородом. Каждому есть дело.
— Смеешься? Ты в Интернет давно лазила?
— Позавчера, а что?
— Хм. Да. Ничего. В общем, президент Гэлбрайт заявила, что целиком и полностью поддерживает требования правительств Польши и Балтии.
— Какие требования? — Вот тут глаза у Кэбота стали по семь центов одной монеткой. Точнее, двумя и обе по семь. — Извини, Боб, я не слежу за политикой. Работы полно. Разве что ты что-нибудь расскажешь.
— Ну что же — это не значит, что политика не следит за тобой. — Глаза Кэбота вернулись к нормальному размеру, он улыбнулся одними губами. — Требования о демилитаризации Калининградской области.
— Ого. А попа у нее не треснет? — Кэбот осознавал смысл выражения секунды три, потом хрюкнул. — Хотя нет, раньше она треснет у этих… требователей. А у нее благодаря им будет время отыграть назад.
Кэбот опять помрачнел.
— Боюсь, Настя, что отыграть ей будет сложно. Скоро перевыборы, а положение у нее, сама знаешь… Демократам в Овальном кабинете —в этом смысле—не везет.
— Уж это точно. И что, думаешь, она упрется?
— А что ей еще делать, послетакогоотступить — это конец карьеры. Да ладно бы только ее карьеры. Она уже официальный кандидат, любые резкие движения для демократов сейчас — чистый проигрыш. Так что, боюсь, партия ее поддержит. И в конгрессе в том числе. «Пан или пропал» — правильно? И наши с вами отношения она испортит так, что о любых совместных проектах говорить не придется еще долго.
— Это плохо. — Настя помрачнела. — Если вы действительно выйдете из дела — наши тоже притормозят.
Минуты две они сидели в миноре.
— Слушай, Боб! А чего мы грузимся-то?
— Грузимся?
— Волнуемся, переживаем. Смотри. Калининград наши не сдадут. Это все равно что вам сдать Аляску. Или Гавайи. Скорее даже Гавайи — база флота плюс курорт в одном флаконе. Так что или дело дойдет до ядренбатонов — ну, до ядерных бомб. И тогда вопросы космической программы никого интересовать не будут. А я прирежу тебя во сне и отравлюсь. Из принципа. Или Гэлбрайт все-таки затормозит. И тогда у вас через полгода будет другой президент. Ну и что, что республиканец? В конце концов, мы умудрились договориться даже с Маккейном, а уж на что он нас за Вьетнам не любил. И в результате — работаем вместе. Не так, как могли бы, — но работаем. Вот и в этом случае — начнем с чистого листа.
— Не знаю. Ты посерфи все-таки по сети — миссис президент сейчас в Германии. Там она, кстати, свое заявление и сделала. Уговаривает Старую Европу поддержать ее и поляков. А это она умеет — в мозгах ей не откажешь. И говорить может убедительно. Хитрая лиса. Если на вас навалятся всей кучей… Умирать не охота никому. Так что ваши могут поверить гарантиям, скажем, тех же Германии с Францией.
— Вряд ли. Не думаю я, что Европа впишется против нас. С европейцами у нас слишком много общих дел. И не только газ. Тот же космос. Ладно, итальянец на Луне — так еще и коммерческие запуски двигаем. А это, как ты заметил, деньги приносит. Термояд опять же — ИТЭР[30]уже год как работает, промышленные реакторы проектируем. И с какого перепугу Европе рисковать всем этим ради проблем одной чокнутой бабы… Извини, Боб, — спохватилась она. — Мне бы не понравилось, если бы так говорили о моем президенте. Знаешь как — сами мы своих шишек ругаем на чем свет стоит, но стоит с нами согласиться какому-нибудь иностранцу…
Кэбот заржал, запрокидывая голову, кадык ходил ходуном.
— Ладно, Настя. — Настроение у него явно поднялось, хандра ушла. — Обещаю, я как-нибудь скажу что-нибудь похожее о твоем. Будем в расчете. И надеюсь, все будет так, как ты предложила. Ну почему мы с тобой не политики, а?
— Наверное, потому, что слишком любим космос. А политика — она в основном внизу. В грязи.
18:30мск
Окололунная орбита
ЛОС «Селена»
Москва, ул. Лесная, 10
Грязи оказалось больше, чем она могла себе представить. Настя прокляла себя — решила, дурочка, потратить полтора часа личного времени на выход в «большую» сеть. Собственно, Инет как был помойкой с самого своего рождения, так и оставался ею до сих пор. Ладно еще дикие слухи вокруг Калининграда — то ли кто-то в кого-то уже стрелял, то ли бомбил, то ли сбивал. Тут хоть какая-то логика. Дрянь дело, конечно.
Ноэто…
Боб дрых согласно расписанию, иначе пришлось бы ему отдуваться за всю американскую, европейскую — да и кое-какую нашу — прессу. Хотя какая она, к такой-то матери, наша?
Впрочем… Есть кое-кто, кому все-таки придется ответить. Причем, судя по контакт-листу, прямо сейчас.
O’ Мышь (18.34:33 29.08.2020)
Онлайн?
O’ Мышь (18.36:01 29.08.2020)
Рощина, ты живая там?
СТЕРВОЗА (18.38:10 29.08.2020)
Привет. Сорьки, только что с планерки. Наши с поляками что-то не поделили, а нам пиши.
СТЕРВОЗА (18.38:52 29.08.2020)
Блин! Гайка, ты же на Луне!
O’Мышь (18.39:18 29.09.2020)
Не совсем. Вокруг болтаюсь.
СТЕРВОЗА (18.39:4629.08.2020)
Вокруг чего?
O’ Мышь (18.40:05 29.08.2020)
ДУУУРА!!!


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Глуховский Дмитрий - Метро 2033
Глуховский Дмитрий
Метро 2033


Злотников Роман - Крыло ангела
Злотников Роман
Крыло ангела


Посняков Андрей - Грамота самозванца
Посняков Андрей
Грамота самозванца


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека