Виртуальная библиотека. Русская и зарубежная фантастика, фэнтези, детективы, триллеры, драма, историческая и  приключенческая литература, философия и психология, сказки, любовные романы!!!
главная | новости библиотеки | карта библиотеки | ссылки
РАЗДЕЛЫ
Детектив
Детская литература
Драма
Женский роман
Зарубежная фантастика
История
Классика
Приключения
Проза
Русская фантастика
Триллеры
Философия

КНИГИ ПО АЛФАВИТУ
... А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

АВТОРЫ ПО АЛФАВИТУ
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

ПАРТНЕРЫ



ПОИСК
Введите фамилию автора:
Поиск от Google:



скачать книгу I на страницу автора
«Когда он успел?!»
На нее пахнуло этанолом.
«Он двигается в мою сторону!»
Кэтрин попятилась, затем тихо повернула и быстро пошла в обратном направлении. Не успела она сделать и двадцати шагов, как случилось невозможное: впереди опять зашуршала одежда! Вновь пахнуло этанолом. Кэтрин остановилась как вкопанная.
«Господи, он повсюду!»
Голый по пояс, Малах вглядывался в темноту.
Он решил превратить в преимущество досадное, выдающее его обстоятельство – запах спирта от намокших рукавов. Малах снял рубашку и пиджак – они помогут загнать жертву в угол. Сначала он скомкал рубашку и швырнул ее вправо: Кэтрин остановилась и пошла в другую сторону. Тогда он кинул пиджак влево – жертва замерла. Теперь она нипочем не осмелится двинуться в стороны…
Малах стал ждать, весь обратившись в слух.
«Она может пойти только в одном направлении – ко мне».
Но почему-то он ничего не слышал. Либо Кэтрин парализовал страх, либо она решила дождаться помощи, стоя на месте.
«Ах, бедняжка!.. Подмога придет не скоро».
Малах сломал электронный замок – очень простым и эффективным способом. Открыв дверь карточкой Триш, он загнал в прорезь десятицентовую монету. Теперь, чтобы вставить карту, сначала придется разобрать все устройство.
«Мы одни, Кэтрин… Никто нам не помешает».
Малах медленно двинулся вперед, прислушиваясь к малейшим шорохам. Этой ночью Кэтрин Соломон умрет в музее своего брата. Как поэтично! Малаху не терпелось поделиться этой новостью с Питером. Месть будет сладкой…
Внезапно в темноте вспыхнул крошечный огонек: Кэтрин только что допустила роковую ошибку.
«Она кому-то звонит?!»
Электронный дисплей горел примерно на уровне ее талии, ярдах в двадцати от Малаха, точно маяк посреди черного океана. Малах собирался ждать, пока Кэтрин потеряет терпение и сдвинется с места, но теперь в этом не было необходимости.
Он бросился прямо на свет: лучше изловить Кэтрин до того, как она вызовет помощь. Через несколько секунд Малах вытянул руки вперед и немного развел их в стороны, чтобы не дать жертве уйти.
Пальцы с размаху врезались в бетонную стену и едва не сломались. Следом о железную балку ударилась голова. Малах вскрикнул от боли и рухнул на пол. Изрыгая проклятия, он с трудом встал на ноги – зацепившись за стальной кронштейн, на который сестра Питера предусмотрительно положила телефон.
Кэтрин Соломон помчалась вперед, больше не заботясь о том, что рука ритмично стучит по стальным кронштейнам Пятого отсека.
«Беги!»
Если идти по периметру, рано или поздно можно добраться до двери.
«Куда запропастилась охрана?!»
Кэтрин продолжала путь, левой рукой касаясь кронштейнов, а правую вытянув перед собой для защиты.
«Ну же, где угол?»
Стена как будто длилась бесконечно, но тут ритмичный стук ладони стих: кронштейны закончились, а потом начались снова. Кэтрин притормозила и пошла обратно, ощупывая гладкую железную стену.
«Почему здесь нет кронштейнов?»
Послышались тяжелые шаги преследователя, бегущего за ней вдоль стены. Но куда больше Кэтрин напугал далекий металлический стук: охранник барабанил фонарем по двери Пятого отсека.
«Охрана не может попасть внутрь?!»
Эта мысль ужасала, но в то же время Кэтрин наконец сориентировалась в пространстве. Теперь она четко представила себе, где находится. В голове вспыхнула схема Пятого отсека, и Кэтрин на ум пришла неожиданная догадка: «Так вот что это за железная стена без кронштейнов!»
В каждом отсеке имелись специальные передвижные стены – чтобы при случае можно было ввозить и вывозить особо крупные экспонаты. Стена была огромной, как в ангаре. В самых диких кошмарах Кэтрин не могла вообразить, что когда-нибудь придется ее открывать, но другого выхода попросту не было.
«Она вообще открывается?»
Кэтрин ощупью двинулась вдоль стены, наткнулась на большую железную ручку и изо всех сил потянула ее в сторону. Дверь не поддавалась. Кэтрин попробовала еще раз – бесполезно.
Преследователь был совсем близко: шел на звуки ее тщетных потуг.
«Дверь заперта!»
Кэтрин в ужасе стала водить руками по стене и вдруг наткнулась на нечто вроде вертикального шеста. Она села на корточки. Шест – запорный стержень – уходил в отверстие в бетонном полу. Кэтрин схватила его обеими руками, потянула и вытащила из дыры.
«Он уже близко!»
Кэтрин вновь нащупала ручку и с силой дернула ее в сторону. Дверь почти не сдвинулась, но все же в Пятый отсек проник тончайший луч лунного света. Кэтрин потянула снова: светлая полоска стала шире.
«Еще чуть-чуть!»
Она дернула ручку в третий раз – преследователь был всего в нескольких футах от нее.
Кэтрин бросилась к свету и протиснулась в узкую щель. Почти в ту же секунду следом из черноты разъяренной змеей метнулась огромная татуированная рука. Кэтрин побежала вдоль светлой стены Пятого отсека. Гравий, которым были посыпаны все дорожки по периметру ЦТП, больно впивался в ноги, но Кэтрин только прибавила шагу. Ночь была темная, и все же после абсолютной мглы Пятого отсека видимость казалось идеальной – светло почти как днем. Передвижная стена за спиной Кэтрин открылась шире, и на гравийной дорожке послышался звук быстрых тяжелых шагов… невероятно быстрых.
«Мне его не обогнать».
Ее «вольво» был ближе, чем главный вход, но все равно слишком далеко.
«Ничего не выйдет!»
Тут Кэтрин вспомнила о своем последнем козыре.
Она подбежала к углу отсека и услышала за спиной быстро нагоняющие ее шаги.
«Сейчас или никогда».
Вместо того чтобы свернуть за угол, Кэтрин зажмурилась и припустила влево, прочь от здания, по газону. Она закрыла глаза руками и побежала вслепую.
В тот же миг сработала сигнализация, реагирующая на движение, и вспыхнули прожекторы. Ночь мгновенно превратилась в день. Сзади раздался громкий вопль: свет силой в двадцать пять миллионов свечей ударил ее преследователя по глазам. Он споткнулся на гравии и упал.
Кэтрин еще долго не открывала глаз и бежала наугад. Когда ЦТП и прожекторы, как ей казалось, остались далеко позади, она выправила курс и помчалась что есть духу к парковке.
Ключи от «вольво» были там же, где и всегда, – на панели управления. Задыхаясь и дрожа, она схватила их и нашла замок зажигания. Двигатель взревел, и фары выхватили из темноты кошмарное зрелище.
К машине неслась омерзительная тварь.
На миг Кэтрин оцепенела.
Голый по пояс, бритый наголо зверь мчался по парковке. Его кожа была сплошь покрыта татуированными символами, словами и чешуей. В свете фар он взревел и вытянул перед собой руки, точно житель пещер, впервые увидевший солнце. Кэтрин потянулась к коробке передач, но зверь уже достиг «вольво» и выбил стекло с ее стороны. На колени дождем посыпались осколки.
Огромная татуированная рука вцепилась ей в горло. Кэтрин резко дала задний ход, но убийца крепко держал ее за шею и давил, давил… Она попыталась вывернуться и вдруг посмотрела ему прямо в лицо. Под тональным кремом, рассеченным тремя глубокими, как от ногтей, царапинами, скрывались татуировки. Глаза горели безумной яростью.
– Надо было убить тебя десять лет назад, – прорычал зверь, – когда я убил твою мать!
С трудом переварив услышанное, Кэтрин вспомнила, где видела эти звериные глаза.
«Это он!!!»
Она бы закричала, но убийца стискивал ей горло.
Кэтрин вдавила в пол педаль газа, и машина дернулась назад: рука, сжимавшая горло, едва не сломала ей шею. «Вольво» покатился вверх по пологому съезду. Давление на шею все росло, но вдруг по машине хлестнули три ветки, и рука исчезла.
«Вольво» прорвался сквозь ветви и въехал на верхний этаж парковки. Кэтрин ударила по тормозам. Внизу с трудом вставал на ноги полуголый человек. С чудовищным спокойствием он поднял руку и указал пальцем прямо на Кэтрин.
Борясь с ужасом и лютой ненавистью, она выкрутила руль, и уже через несколько секунд «вольво», виляя из стороны в сторону, выехал на Силвер-Хилл-роуд.
Глава 48
Сгоряча полицейский Капитолия Нуньес не нашел другого выхода, кроме как помочь Архитектору и Роберту Лэнгдону. Теперь же, вернувшись в центральный пункт наблюдения, он понял, что вот-вот разразится буря.
Начальник полиции Трент Андерсон прижимал к голове лед, а другой полицейский обрабатывал синяки Сато. Оба стояли перед мониторами и просматривали записи видеокамер, пытаясь выследить Лэнгдона и Беллами.
– Просмотрите записи со всех коридоров и выходов, – распорядилась Сато. – Мне надо знать, куда они пошли!
Нуньес похолодел. Нужный ролик найдется за несколько минут, не больше.
«Я помог им сбежать…»
Масла в огонь подлило прибытие четырех оперативников из ЦРУ, готовых в любой момент отправиться по следам Лэнгдона и Беллами. Они совсем не походили на полицейских Капитолия. Это были настоящие бойцы: черные камуфляжные костюмы, приборы ночного видения, фантастической модели пистолеты.
К горлу Нуньеса подступила тошнота. Он собрался с духом и украдкой поманил к себе Андерсона.
– На пару слов, шеф.
– В чем дело? – Андерсон вышел за Нуньесом в коридор.
– Шеф, я допустил ужасную ошибку… – Охранника бросило в пот. – Я очень сожалею и сегодня же уволюсь.


«Иначе завтра ты сам меня вытуришь».
– Не понял?
Нуньес с трудом сглотнул.
– Несколько минут назад я видел, как Архитектор Беллами и Лэнгдон покидают здание.
– Что?! – взревел Андерсон. – Чего ж ты молчал?
– Архитектор велел никому не говорить.
– Ты работаешь не на него, а на меня, черт подери! – Слова Андерсона эхом разлетались по коридору. – Беллами ударил меня башкой об стену!
Нуньес протянул ему ключ, полученный от Архитектора.
– Что это?
– Ключ от дверей нового туннеля под Индепенденс-авеню. Он был у мистера Беллами. Так они и сбежали.
Андерсон безмолвно уставился на ключ.
Из комнаты высунулась Сато:
– Что у вас происходит?
Нуньес побелел. Андерсон все еще держал ключ в руках, и Сато наверняка его увидела. Пока безобразная японка шагала по коридору, Нуньес импровизировал как мог, пытаясь выгородить шефа.
– Я нашел на полу в подвале ключ и спросил шефа, от чего он может быть.
– И что говорит шеф? – Сато подошла и вопросительно уставилась на Андерсона.
Охранник робко взглянул на шефа: тот лихорадочно обдумывал варианты ответа. Наконец он покачал головой:
– Так сразу не скажу. Надо посмотреть…
– Не утруждайтесь, – перебила его Сато. – Ключ отпирает дверь туннеля.
– Правда? – удивился Андерсон. – Откуда вы знаете?
– Мы нашли видеозапись. Нуньес помог Лэнгдону и Беллами сбежать, а потом запер за ними дверь. Ключ дал ему Архитектор.
Андерсон в ярости повернулся к охраннику:
– Это правда?!
Тот закивал, старательно подыгрывая.
– Простите, сэр. Архитектор велел мне молчать!
– Плевать мне на Архитектора! – заорал Андерсон. – Немедленно…
– Заткнитесь, Трент, – осадила его Сато. – Врать вы умеете не лучше Нуньеса. Приберегите свой актерский дар для допроса. – Она вырвала у него ключ от туннеля. – Ввашей помощи я больше не нуждаюсь.
Глава 49
Роберт Лэнгдон с тревогой нажал «отбой».
«Почему Кэтрин не берет трубку?»
Она обещала позвонить, как только выберется из лаборатории и поедет сюда, но так и не позвонила.
Лэнгдон и Беллами сидели за столом в читальном зале. Архитектор тоже сделал звонок – человеку, который якобы мог предоставить им убежище, безопасное укрытие. Увы, этот человек тоже не взял трубку, и Беллами пришлось оставить сообщение с просьбой как можно скорее перезвонить на номер Лэнгдона.
– Я попробую как-нибудь с ним связаться, – сказал Архитектор, – но пока мы сами по себе. Надо обсудить, что будем делать с пирамидой.
«Пирамида…»
Роскошный интерьер читального зала фактически перестал существовать для Лэнгдона; мир теперь состоял из каменной пирамиды, запечатанного свертка с навершием и элегантно одетого чернокожего человека, который возник из темноты и спас профессора от допроса в ЦРУ.
Лэнгдон надеялся, что Архитектор Капитолия проявит хоть каплю здравомыслия, однако Уоррен Беллами рассуждал не рациональнее того безумца, который настаивал, что Питер сейчас пребывает в чистилище. Беллами заявил, что каменная пирамида и есть масонская, из легенды.
«Древняя карта? Указывающая путь к тайной мудрости?»
– Мистер Беллами, – вежливо сказал Лэнгдон, – я не могу всерьез принять идею о существовании неких знаний, которые наделяют людей сверхъестественными способностями.
Архитектор посмотрел на него со смесью разочарования и уверенности, отчего Лэнгдону стало неловко за свой скепсис.
– Профессор, я, конечно, не должен удивляться вашей реакции, ведь вы человек со стороны. Некоторые масонские понятия кажутся вам вымыслом, потому что вы не прошли обряд посвящения и не готовы их принять.
На сей раз Лэнгдон почувствовал себя уязвленным.
«Я и с Одиссеем не плавал, но это не мешает мне знать, что циклопов не существует!»
– Мистер Беллами, даже если легенда правдива… эта пирамида никак не может быть масонской.
– Отчего же? – Архитектор провел пальцем по выгравированной надписи. – По-моему, она в точности соответствует описаниям. Каменная пирамида с золотым навершием, которое согласно рентгеновскому снимку и доверил вам Питер. – Беллами взял сверток и взвесил его на ладони.
– Она не больше фута высотой, – возразил Лэнгдон. – Во всех версиях легенды говорится, что масонская пирамида огромна.
Беллами явно ожидал этого аргумента.
– Как вы знаете, легенда гласит, что пирамида очень высока – сам Господь может протянуть руку и дотронуться до нее.
– Вот именно.
– Понимаю ваше недоумение, профессор. И Мистерии древности, и масонская философия в целом чтят Бога внутри нас. В символическом смысле все, что доступно просветленному человеку… доступно Богу.
Игра слов не убедила Лэнгдона.
– Это подтверждает даже Библия, – продолжил Беллами. – Если мы признаем, что Всемогущий сотворил нас по образу и подобию своему, тогда нельзя не признать другого: человечество не ниже Бога. В Евангелие от Луки 17:21 сказано: «Царствие Божие внутрь вас есть».
– Извините, я не знаю ни одного христианина, который считал бы себя равным Богу.
– Оно и понятно, – уже жестче ответил Беллами. – Людям подавай все сразу: они хотят гордо заявлять о своем почитании Библии и одновременно игнорировать то, что немогут или не желают понимать.
Лэнгдон не нашелся с ответом.
– Как бы то ни было, старинное описание масонской пирамиды – такой высокой, что ее может коснуться сам Бог, – привело к заблуждениям касательно ее истинных размеров. Это останавливает искателей сокровищ и позволяет ученым вроде вас считать пирамиду вымыслом.
Лэнгдон опустил глаза.
– Мне жаль вас разочаровывать, но я всегда думал, что это миф.
– Разве не логично, что вольные каменщики вырезали карту на каменной пирамиде? Все самые значимые заветы человечества были высечены в камне – включая скрижали с десятью заповедями, которые Господь дал Моисею.
– Да, но ведь везде говорится «легенда о масонской пирамиде»! Само слово подразумевает, что это вымысел.
– Ах да, «легенда». – Беллами рассмеялся. – Похоже, с вами приключилось то же самое, что с Моисеем.
– Простите?
Архитектор весело взглянул на верхний балкон, откуда на них смотрели шестнадцать бронзовых статуй.
– Моисея видите?
Лэнгдон поднял глаза на знаменитую библиотечную статую.
– Да.
– Он с рогами.
– Я в курсе.
– А почему он с рогами, знаете?
Как большинству преподавателей, Лэнгдону не нравилось, когда ему читали лекции. Рога у этой статуи Моисея были по той же причине, что и у тысяч его изображений по всему миру – из-за ошибки в переводе Книги Исход с древнееврейского. Оригинальный текст гласил, что Моисей имел «karan ‘ohr panav» – то есть «лицо его сияло лучами». Когда же римско-католическая церковь переводила Библию на латынь, возникла фраза «cornuta esset facies sua» – «рогато было лицо его». С тех пор художники и скульпторы, опасаясь упреков в отступлении от священного текста, стали изображать Моисея рогатым.
– Переводческая ошибка, только и всего, – ответил Лэнгдон, – допущенная блаженным Иеронимом примерно в IV веке нашей эры.
Архитектор был приятно удивлен.
– Именно. Неверный перевод. А бедному Моисею такое огорчение вышло.
«Огорчение» – мягко сказано. В детстве Лэнгдон перепугался, впервые увидев «рогатого Моисея» – знаменитую статую работы Микеланджело, установленную в базилике Сан-Пьетро-ин-Винколи.
– Я упомянул Моисея, чтобы наглядно показать, как единственное недопонятое слово может изменить многое.
«Уж я-то это знаю», – подумал Лэнгдон, усвоивший этот урок несколько лет назад. «SanGreal» – «Святой Грааль». «SangReal» – «Королевская кровь».


скачать книгу I на страницу автора

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [ 20 ] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
ВХОД
Логин:
Пароль:
регистрация
забыли пароль?
РЕКЛАМА

Акунин Борис - Инь и Янь
Акунин Борис
Инь и Янь


Ильин Андрей - Третья террористическая
Ильин Андрей
Третья террористическая


Шилова Юлия - Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва
Шилова Юлия
Меняющая мир, или Меня зовут Леди Стерва


   
ВЫБОР ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ

Copyright © 2006-2015 г.
Виртуальная библиотека. При использовании материалов - ссылка на сайт обязательна .....

LitRu - Электронная библиотека